Выживатель

 — От нас это слишком далеко, поэтому специально не интересовались. Извини.

— Что уж там. Кстати, есть хочу. — Я протянул руку за яркой картонкой меню.

Меню как меню для такого места. Много рыбы, много морепродуктов. Даже игуана есть в меню. Попробовать? Нет, как-то неохота экспериментировать. Заказал банальные креветки гриль и какой-то местный салат, Рэй взял то же самое, потому что он мне это все и присоветовал. На этот раз заказ взяла мексиканка — невысокая, пухлая, улыбчивая.

— Она из Техаса, из Эль-Пасо, — сказал Рэй. — Я помню ее, в самом начале был в спасателях тоже, так мы их нашли в большом мебельном складе, человек двадцать там было. Выяснилось, что она летать боится, причем больше, чем психов, еле погрузили в вертушку, чуть не тазером пришлось ее усмирять.

— И как справились?

— Связали, — засмеялся он. — По рукам и ногам. И весь полет она ругалась последними словами и просто кричала."

"— Сейчас вежливая вроде бы, даже с тобой.

— Не узнала, я думаю.

Может, и так. На операции люди в шлемах, темных очках чаще всего, плюс опять же стресс у спасаемых.

— Как твои?

— Расслабились, наконец. Во что-то поверили. Прикинь — просто в отеле остановились, в самом обычном номере, заплатив за него на ресепшене. После всего, что осталось позади, это как в другую действительность попасть.

— А здесь и есть другая действительность. Кстати, ты хочешь дом или апартаменты? Лучше начинать искать сразу, людей на острове становится все больше, так что все самое хорошее разберут. А пока еще выбор большой.

— А кто всем владеет?

— Казна, так скажем. Вся недвижимость, оставшаяся без владельцев, принадлежит казне. Ты покупаешь — и формируешь бюджет.

— Дорого?

— Терпимо. Дешевле, чем было до Катастрофы. Кредиты тем, у кого постоянная работа, здесь дают. А если на работе погиб и остались наследники, то оплачивает страховка.

— Гибнут часто?

— Когда как. И кто как. Но гибнут, скрывать не буду. Так что ты аккуратней, у тебя семья.

* * *Два черных, соответствующих своему названию «Блэкхока» оторвались от летной палубы парома и, резко накренившись на нос, набрали скорость. Только что рассвело, солнце краем поднялось из-за горизонта у нас за спиной, и его лучи лишь местами окрасили землю. А тени пока были так черны, что разглядеть что-то в них было почти невозможно.

Вертолеты шли невысоко, метрах в двухстах над землей. Теперь они всегда так летали — больше вероятность увидеть что-то нужное, или важное, или опасное. Летаешь — наблюдай. Мы тогда пролетели над побережьем Флориды, и теперь нас на пароме кормит Марио — шеф из отличного ресторана. И еще сколько людей с ним спасли, а так бы им пропадать в том ресторане. Доели бы остатки продуктов из тех, что не испортились — и хоть с крыши головой вниз.