Выживатель

Ладно, все наладится, они и так счастливы, что их теперь много, что они вместе, что вооружены, что отделены от смертельно опасного материка каналом и полосой топких болот.

Ехать мне сейчас недалеко, с парома на круизник, это метров триста, не больше. На пароме живу я, причем живу очень неплохо, один занимая двухместную каюту, вполне просторную, в которой хватило места еще и на письменный стол с вращающимся креслом. Не самый верхний класс, но следующий за ним. После операции в Атланте меня повысили, как Эббот и намекал, и я уже не группой командую, а взводом, то есть четырьмя группами, а по факту являюсь заместителем Эббота, который тут среди военных самый главный, самый что ни на есть командующий.

Сейчас я его, кстати, вижу — вон он на верхней палубе стоит и по спутниковому разговаривает. Так, а у меня дела сейчас там, где «выживанцев» собирают, то есть на круизнике. Шкипер наш, к слову, как раз из них, тоже человек с востребованной профессией. Он еще и рыбу ловить великий мастер, за что Марио… да, да, Марио так и остался с нами и теперь командует кухней, а если точнее, то камбузом на «Белла Маре», так вот Марио его за такие таланты просто обожает. А мы все дружно обожаем Марио, потому что одно дело просто готовка для личного состава, и совсем другое, когда этим занимается шеф-повар одного из лучших ресторанов. Их же на такую работу не просто по объявлениям берут.

Спасенные и выжившие на «Белла Маре» не жили. Поначалу их там начали размещать, но когда к парому подошла «Багамас Куин», их сразу же переселили на круизный лайнер. Стандартная уже спасательная схема, отработанная в нескольких операциях у техасского, флоридского и луизианского берега. И жить им там комфортней, и некий карантин все же соблюдается. ПВД отдельно, гражданские отдельно.

Сам паром был огромен и внушителен — практически такой же, на каком я когда-то прокатился. Впрочем, он даже построен был той же итальянской верфью, я специально поинтересовался у экипажа, и почти по тому же самому проекту — жилая палуба с каютами на четыреста человек, на которой жило сейчас не больше двухсот, и огромные грузовые палубы, куда должны были заезжать большие грузовики. Собственно говоря, самые дешевые каюты парома как раз на водителей и были рассчитаны. Но грузовиков на пароме было мало, а стояли среди белых стальных стен или армейские «Хамви», ставшие у нас основным средством передвижения, или мрапы,[8] которых тоже с пяток набралось, или грузовики «MTVR» и «LVC» с бронированными кабинами, на которых с материка вывозили людей, имущество, трофеи и все прочее.

Верхняя палуба парома была наскоро переоборудована в вертолетную площадку, на которой разом умещалось семь машин.