Ангелы на льду не выживают. Том 2

Прихожая в квартире была весьма условной, сделав буквально два шага от порога, Антон оказался в комнате, довольно просторной и разделенной словно на две части. В одной все «как у людей»: диван, телевизор, небольшой столик с компьютером и еще один столик перед диваном, судя по немытым чашкам и тарелкам, использовавшийся в качестве обеденного. Другая же часть комнаты походила на студию художника, каковой, как понял Антон, присмотревшись, на самом деле и являлась. На полу вдоль стен стояли картины, совершенно однотипные, их даже, по мнению Антона, живописью назвать нельзя, просто тонкие многоцветные орнаменты на разном фоне – черном, голубом, красном, желтом…

Нарушая все правила приличия, Сташис быстро прошел через жилую часть комнаты к мольберту, на котором стояла незаконченная картина. Тоже какие-то цветные линии на черном фоне, но не такие, как на других картинах. Он не был дома у Аллы Томашкевич, но работы, висящие у нее на стенах, Каменская описала очень подробно. И даже дала ему распечатку кадров из того фильма, где видела рисунки фигур Панина-Коломенкина.

Похоже, хозяин квартиры и был тем самым художником. Только совершенно непонятно, почему Томашкевич не назвала его имя и утверждала, будто вообще не интересуется личностью автора картин. Власов и Зеленов катались в одной группе и дружили, и мать Жени Зеленова вряд ли могла об этом не знать. А она ссылалась на Ольгу Виторт, которая якобы привозила эти картины неизвестно откуда. Но, может, и в самом деле не знала? Может быть, Ольга скрывает от Аллы Владимировны своего любовника? Мало ли по каким соображениям…

Антон открыл блокнот и достал сложенный вчетверо листок с распечатанным рисунком. Оглянулся – Власов торопливо убирал со стола перед диваном грязную посуду. Быстро развернув листок и сравнив рисунки на распечатке и на картине, Сташис снова спрятал его в блокнот. Ну надо же, как интересно порой бывает!

Он резко развернулся и почти нос к носу столкнулся с Власовым, который, оказывается, уже стоял у него за спиной.

– Так вы художник? – Антон сделал вид, что удивлен и озадачен.

– Да какой я художник, – небрежно ответил Власов. – Смех один. Так, балуюсь в самой незамысловатой технике. Я живописи не обучался.

– А что за рисунок? Он что-то означает?

Власов, казалось, смутился, замялся.

– Это дорожка.

– Дорожка?

– Дорожка шагов в фигурном катании. Я же катался когда-то… раньше…

По-видимому, тема была для Власова неприятной. Странно. Почему? Что плохого в том, что человек занимался фигурным катанием? Или он действительно причастен к убийству тренера и не хочет обнародовать свою связь с этим видом спорта?

– Я знаю, что вы бывший спортсмен, – нейтральным тоном сказал Антон, словно тема спорта вообще была не важна в данном разговоре.