Одиночный выстрел

Бригадир Чумаченко прильнул к смотровой щели и, развернув пулеметную башню, посмотрел, как проходит реку второй броневик.

Его водитель заметил препятствия, с которыми столкнулась головная машина, и взял чуть в сторону, миновав засыпанные камнями промоины.

«Молодец, парень», – подумал бригадир. Он уже давно приглядывался к этому водителю. Его звали Курт, отделение было им очень довольно.

«А наш никуда не годится», – подумал Чумаченко, в очередной раз ударяясь шлемом о край башни.

Следом за второй бронемашиной в реку стал осторожно заходить двадцатишеститонный «куксдог». Медленно поводя манипуляторами, он был похож на пришедшего купаться уродца. Но, несмотря на кажущуюся медлительность и неуклюжесть, робот обладал куда большей устойчивостью, чем даже восьмиколесный броневик. В шагающей машине имелось два механических и четыре электронных гироскопа, ведь помимо передвижения по пересеченной местности «куксдог» был обязан точно стрелять из крупнокалиберной пушки и правильно наводить ракеты. Использование этих машин в операциях против туземцев Чумаченко считал излишеством, однако начальству было виднее, и бригадир по этому поводу предпочитал не париться.

Отделение продолжало потешаться над Бродиком, а тот ответил, наехав на торчавший из земли валун.

– Ну ты смотри на дорогу-то! – не удержался от замечания Чумаченко. – А если такой обидчивый, возьми беруши!

– И мешок на морду, чтобы кашей не воняло! – вклинился Сандерс, провоцируя водителя на новые диверсионные акты.

В этот раз Чумаченко разозлился уже на пехотинца и заехал ему кулаком по шлему.

Удар получился сильным, Сандерс ударился о стенку отделения и сполз на пол. Чумаченко взглянул на датчик усилителя движений бронескафандра, тот показывал двести процентов.

«Ты еще легко отделался, сукин сын», – подумал он.

Через пару секунд Сандерс пришел в себя и сел на скамью.

– Босс, ну ты ваще… – сказал он и принялся тестировать систему жизнеобеспечения своего скафандра.

– Я не «ваще», меня достала ваша тупость. Да, я тоже подкалывал Бродика, но всему есть свои пределы, парни. Вы уверены, что в бою он поддержит вас и придет на помощь, когда вы будете валяться подстреленными и орать в рацию «приди, Бродик, приди»?

После этих слов броневик пошел заметно ровнее, водитель оценил заступничество бригадира.

– А кто тут нас подстрелить может, босс? – спросил один из пехотинцев после долгой паузы. – У них даже порох не изобрели.

– А зачем тебе порох? Три года назад на Филбаке туземцы промыли на дороге восьмиметровую яму и замаскировали. Два броневика макнули туда до самого дна. Мы вытаскивали их двое суток, а когда достали, девять человек пришлось откачивать – еще немного, и они бы задохнулись.