Одиночный выстрел

 – Только мебель порушена и кое-где стены разбиты – воры золото искали. Забрали двух молодых служанок, убили конюха, а больше ничего не случилось. Почитай, целый замок остался.

Доклад о состоянии основного замка был не столь оптимистичен.

– Казармы разрушены, дочь вашу Амалию и еще восемь девиц из прислуги увезли в самобеглой коробке. Супруга ваша жива, но побита ворами. Ее отхаживают. Наследники в полном здравии, совсем не пострадали, а господин управляющий Дизрай сильно ранен и велел передать вам, что золото унесли из малого ларца, а остальное цело – не нашли его воры.

Заметив, что солдат во время доклада начал заваливаться, прелат подхватил его и только тогда заметил под мундиром перевязку.

– Эй, кто-нибудь! Тревис, возьми его, он ранен…

Тревис и еще двое телохранителей подхватили разведчика и положили под дерево, но помочь ему было нечем, и через несколько минут тот умер.

– Ждать утра смысла нет, – сказал прелат. – Закройте его ветками и камнями, какие найдете, и отправимся в Гудроф прямо сейчас. Я должен увидеть замок и убедиться, что он на месте. Мне нужна точка опоры.

Вскоре отряд был уже в дороге. Несмотря на спустившуюся темноту и начавшийся дождь, Тревис и прелат ориентировались в пути хорошо. Отряд вовремя сворачивал с дороги на дорогу, миновал рощи и огибал озера.

Через четыре часа, сделав всего один привал, отряд прибыл к замку Гудроф.

Возвращение прелата в замке было воспринято с великой радостью. Перепуганная челядь была счастлива увидеть своего господина, надеясь найти в нем защиту от грохотавших днем «черных колесниц» и вселявших ужас самобеглых коробок.

Яркий огонь слуги зажигать боялись и встретили прелата с маленькими масляными фонариками, прикрытыми войлочными колпаками. Здесь были и уцелевшие солдаты.

Зная, что казармы разорены, прелат ожидал увидеть двор заваленным битым камнем, однако гвардейцы не сидели без дела и после налета чудовищ начали разбирать завалы.

Все это прелату сообщил один из сержантов. Прежнего докладчика – управляющего замком Дизрая – было не видно, он получил ранения и лежал в лакейской.

– А теперь навестить семью, – сказал прелат, выслушав короткий доклад о ситуации. – Мэйджор, пойдем со мной, я хочу, чтобы ты все время был рядом.

– Конечно, господин прелат, – отозвался Бекет и отдал повод лошади одному из гвардейцев.

Он понимал, что в этой непростой ситуации прелату хотелось на кого-то опереться, а Бекет оказался самым осведомленным в том, что касалось разбойников.

Тревис увязался за ними, его присутствие возле Гудрофа даже не обсуждалось.

Когда они вошли под замковые своды, слуги побежали по лестницам и начали зажигать подвесные фонари, отчего вокруг стало светло.