Выстрел мимо цели

 Викинг поднимает голову и смотрит на потолок почти прямо над тем местом, где он стоит. И где наверняка стояла Элизабет Бест. Вот она – дыра от пули. Пули, ушедшей вверх.

Викинг пристально смотрит на дыру. И понимает, что это означает целый ряд вещей.

Во-первых, это значит, что Виктор Ильич не мертв. Пуля, которую он услышал, была выпущена в потолок, а не в Виктора Ильича. Выходит, Элизабет Бест и в самом деле принимает его за дурака. Но она совершенно неверно расценила его умственные способности. Викингу это не нравится. Он вздыхает.

Потому что главное, к чему подводит цепочка рассуждений, – это то, что теперь ему придется убивать Виктора Ильича своими руками. И, разумеется, чтобы наказать Элизабет, ему также придется убить Джойс Мидоукрофт.

Это досадно. Весьма досадно.

Джоанна приехала сегодня на обед со своим мужчиной, председателем футбольного клуба, а у меня тут, понимаешь, в свободной комнате сидит бывший полковник КГБ. Так что пришлось объясняться.

Я только рада, что ее не было у меня на днях, когда Виктор полностью извалялся в грязи. Понимаю, что у меня душ с хорошим напором воды, но даже при помощи него ему с трудом удалось отмыться.

Я нашла предлог, чтобы отправить Джоанну к холодильнику, и она тут же приметила миндальное молоко. Она сказала, что вообще-то следовало купить миндальное молоко с пониженным содержанием сахара, но было заметно, что она гордится тем, что я двигаюсь в правильном направлении.

Кстати, Алану понравился Скотт, что я расцениваю как добрый знак. Хотя, вообще говоря, еще не было случая, чтобы Алану кто-то не понравился.

Мужчины только что вышли. Скотт приехал на «порше» и захотел показать его Виктору, и Виктор авторитетно кивнул, как это обычно делают мужчины. Джоанна отвела меня в сторонку и спросила, было ли что-нибудь между мной и Виктором. Я ответила, что нет, и она посмотрела на меня с облегчением, но немного разочарованно. Виктор очень милый и очень добрый, но он не в моем вкусе. Джерри был в моем вкусе, и Бернард – тоже. Возможно, однажды появится еще кто-нибудь. Хотя ему стоит поторопиться: мне почти семьдесят восемь.

Ибрагим собрал всех нас прошлым вечером. Он показал нам стихотворение Хизер Гарбатт – то самое, которое нашла Конни Джонсон, – а потом записку. Записку, написанную не Хизер Гарбатт. Но кем же, в конце концов?

Книжка отнюдь не плохая, она действительно затягивает.

Кто-то пытается убить босса бандитской семьи в Глазго по имени Большой Мик, но телохранитель бросается наперерез пуле. В общем, вся книга о преступном главаре, который пытается выяснить, кто его хотел убить. Из-за этого между бандами разгорается настоящая война.