Выстрел, который снес крышу

И еще «Варьете» у него в Ульянове, «Птица счастья», ну, еще магазинов много, вернее, площадей под них, он их в аренду сдавал. Очень хороший бизнес, ничего не делаешь, а деньги капают. Дом себе в Некраске отгрохал – мама не горюй. Портик с колоннами, фонтаны, крытый бассейн размером с море.

– А дом этот жене достался, – сказал Павел, вспоминая давний, затуманенный Эльвирой разговор с Дарьей.

– Ну, не только дом, почти все.

– Да, но это почти все она на какого-то Юргина переписала. Или Юрыгина…

– Не знаю такого, – покачал головой Зубр. – Но переписала, да. Юргин этот, или Юрыгин – подставной, для Эльвиры это просто, ей такого подставного как два пальца в мармелад. Доводит пациента до полной деградации, выписывает потом как здорового, отправляет в дом престарелых, где он живет, ни о чем не думает. Такой никогда права на имущество не предъявит. И свое же завещание не отменит. А завещание, угадай, в чью пользу?

– Ну, и ей кое-что достанется. И Антону. И еще кому-нибудь, кто с ними.

– И тебе. Я так понимаю, сейчас ты ульяновским бизнесом Корчина заправляешь.

– И с чего такая милость?

Торопову пришлось вновь выстрелить над ухом у Зубра, заставив его биться в истерике.

– Хватит, хватит, все скажу! – мотая головой, взвыл тот.

– Кто Корчина убил? – громко спросил Павел.

– Я так думаю, там галлюциногены были. Или еще что-то. Поэтому он с дороги съехал, – рыдающе ответил Зубр. – Эльвире нужно было его убрать. А Ленку она себе подчинила. Ленка жуть как ее боялась. Это я точно знаю.

– Почему она ее боялась?

– Да там целая история. Корчин с Эльвирой в свое время снюхался, а у него компаньон был. А если точнее, то жена.

– Нет, мужчина. Корчин педрилой был. А потом у него новая любовь случилась, такая же голубая, а компаньон мешал. Короче, он с Эльвирой спелся, она этого голубка к себе взяла. Ну вроде как гомосексуализм – это от расстройства психики, все такое. Короче, залечила чувака. Он потом от своей доли в пользу Корчина отказался. Игорек Эльвиру на руках готов был носить. А она ему – мы теперь, говорит, одним дерьмом обмазаны, нам теперь крепко дружить надо. Крепко-крепко. Хочешь, говорит, чтобы все хоккей было, женись на моей сестре. И он женился. Ну потом я с Ленкой познакомился. Там другая история. Муж с ней не хочет, а она баба, ей любиться хочется.

– А потом она и с Горуханом спуталась.

– Баба она красивая, супер, у Горухана башню снесло. Я ему говорю – моя баба. А он – общая… Только я знал, что ему Ленку со мной делить не хотелось. Знал, что рано или поздно мне кирдык из-за нее.

– И ты обратился к Эльвире?

– Она сама ко мне обратилась. Она баба хитрая. И умная. Вовремя просекла, что Ленка у Горухана защиты ищет. Она же к Ленке подкапывалась, чтобы все у нее забрать. Ну, не сама, на пару с этим, с Антоном.