Высокоточная смерть

Он начал разворачиваться, сильно газанул на задней скорости, но машина вылетела с дорожного полотна. Откос в том месте, как я помнил, был метра полтора и достаточно крутой. Учитывая то, что внедорожник вообще ехал под углом к дорожному полотну, он даже теоретически не мог не перевернуться. Через несколько секунд машина полыхнула пламенем, а вскоре и совсем взорвалась, продолжая пылать. Но в то время, когда я переводил бинокль на машину и обратно, кто-то еще выбрался, хромая, из-под груды тел и бросился ко второй машине. Я повесил бинокль на грудь и, пользуясь подсветкой горящей машины, дал две короткие очереди. Бегущего болтануло – пули ударили, видимо, в бронежилет. И тут я увидел, что это человек в маске «ночь», то есть Бобин, так как маска на голове была у него одного. Его упускать никак нельзя, к тому же неизвестно, удержит его заслон на дороге или не удержит. Микроавтобус не в состоянии перекрыть всю ширину дорожного полотна, а автоматные очереди могут водителя и не достать, если он сумеет пригнуться перед тем, как таранить преграду. На таран такой большой внедорожник вполне может пойти, может даже пробить себе тараном путь и поехать дальше. Внедорожник, внешне достаточно тяжелый и неуклюжий, легко развернулся – радиуса ему хватило – и, пробиваемый пулями, устремился прочь от нас. Стрелять дальше в машину было просто потерей времени, хотя одну короткую очередь и я успел дать. Но тут же вскочил и бросился к калитке, чтобы сесть в свою машину и отправиться в погоню, как было в прошлый раз. Ключи искать по карманам не надо, они остались в замке зажигания. Я выскочил за калитку и сразу увидел, что «Камаро» уже выезжает из соседнего двора. Из машины, чтобы закрыть за собой ворота, никто не вышел. И я, не выпуская из рук автомата, бросился навстречу своей машине.

За рулем сидел Вячеслав Петрович, который резко затормозил, сажая меня на переднее пассажирское сиденье, чтобы я мог стрелять, только опустив стекло дверцы. Когда только он успел увидеть все на дороге, сообразить и выскочить за калитку! Я в пылу боя этого не заметил. Но его позиция у забора была к калитке самой ближней, и я, хотя считал, что всегда все вижу, каким-то образом прозевал его уход. Тем не менее сделал Никифоров все верно и сделал быстрее меня.

– Я дорогу лучше тебя знаю. Знаю, где притормозить надо, где и с какой стороны лучше колею объехать, – спокойно объяснил он и потребовал: – Ремнем пристегнись!

Нам, естественно, пока не следовало опасаться встречи с машинами ДПС, да по большому счету и мне, и Никифорову было в данный момент наплевать на них с большой боевой колокольни нашего настроя.