Выше только любовь

Впрочем, несмотря ни на что, ему все еще требовалось забрать новый чек, тот, который перехватил Джулиан, чтобы заплатить за апрель.

Если в детстве Дэвид попадал в неприятности, мама предупреждала, что он ступает по тонкому льду. «Нужно выбраться из этой передряги с Клиффом. Я должен».

После десяти послышался сигнал системы безопасности, и вскоре кто-то закопошился на кухне. Очевидно, Джулиан вернулся с утренней пробежки. Натали днем училась, а он оставался один. С глухо стучащим сердцем Дэвид собрал поддельные бумаги и вышел из кабинета.

Дребезжащий голос Лена Гордона, раздававшийся из телефона, остановил его. Выглянув из-за угла, он увидел, как Джулиан готовит завтрак и разговаривает со своим редактором. После пробежки он выглядел бодрым и довольным, в мире с окружающими. Руки у Дэвида похолодели, и бумаги зашуршали, словно упавшие листья, выскользнув из них, пока он подслушивал.

– Это отличные новости, Джулиан. Не могу передать, как я рад это слышать.

Джулиан криво ухмыльнулся.

– О, я уверен, что рад.

– Ой, да ладно тебе. Ты же знаешь, что я желаю для тебя только лучшего.

– Да, Лен, знаю. Ты отлично справляешься.

– Что заставило тебя изменить решение? После стольких лет?

Дэвид подался вперед, ощущая, как сердце подскочило к горлу.

– Причин несколько. Прежде всего моя девушка будет счастлива, если книги оценит кто-то помимо нее. – Джулиан улыбнулся самому себе. – Только не говори ей, что я так сказал.

– Твоя девушка – моя героиня, и можешь передать ей мои слова. Итак, как ты себе это представляешь?

Джулиан нарезал болгарский перец и говорил ужасно спокойным тоном, не подозревая, что каждым новым словом уничтожает Дэвида.

– Я бы не хотел большого внимания прессы, – ответил он, – но, наверное, в какой-то степени это неизбежно.

– Совершенно точно неизбежно.

– Вот чего я хочу: сделаем все одновременно. Только одно заявление для репортеров – или что там тебе нужно – вместе с выпуском книги и рекламой.

На другом конце провода раздался булькающий звук. Дэвид представил, как Лен сидит в роскошном офисе на вершине небоскреба в Манхэттене и давится обедом, не веря в свою удачу.

– То есть ты готов продвигать книгу?

– Если потребуется. – Джулиан разбил два яйца над сковородкой. – Я хочу, чтобы ее реклама совпала с этим так называемым «грандиозным раскрытием» секрета, и на этом закончим. Один книжный тур, один круг интервью и больше ничего.

На другом конце провода повисло молчание, а потом раздался, приглушенный из-за слез голос:

– Ты поедешь в тур?"

"– Один тур, – уточнил Джулиан. – И все. Для других книг – нет. Это договоренность только на один раз. Если нужно пережить повышенный интерес, то лучше пережить это один раз и продолжать жить нормально, открыто и честно, но не на виду у публики.