Поединок. Выпуск 18

– Да ты не мни их, – засмеялся Маршалк, – подошву смотри. – Что это?

– Не видел никогда картон, пропитанный какой-то гадостью? Вот так-то, Саша.

– Скажи, Карл, эти сапоги случайно не Рубин поставляет? – Ты Григория Львовича имеешь в виду? – Его.

– Нет, он коммерсант солидный, его поверенный Усов поставляет для армии только высококачественный товар. Совсем недавно, по ходатайству «Земгора», ему пожалован орден Анны третьей степени. – Вот это да, – искренне удивился Бахтин.

– А чему здесь удивляться, Саша, я, да и многие, знают, что за сволочь Рубин, но ведь уходит, как угорь из рук. А к его коммерции претензий нет. – Карл, так что же наш господин Коншин? – Сейчас.

Маршалк позвонил и приказал пригласить чиновника для поручений Кулика.

Через несколько минут в кабинет вошел благообразный господин лет шестидесяти.

– Валентин Яковлевич, поведайте нашему новому помощнику о делах на складах господина Коншина.

– А что, собственно, говорить. Извольте посмотреть документы, везде подпись господина Коншина. Я с чиновником из градоначальства, титулярным советником Беловым, создал комиссию по ревизии склада на Пресне, все опечатали, вместо сторожа посажен городовой, так что, господин начальник, все, как нужно.

– Валентин Яковлевич, – Маршалк достал из шкафа третью рюмку, налил коньяка, – угощайтесь. – Благодарствую, Карл Петрович.

– Товарищ министра тайный советник Белецкий поручил Александру Петровичу заняться делом Коншина.

– Помочь ему, естественно. – Кулик со вкусом выпил коньяк. – Именно так, – сказал Бахтин.

– Александр Петрович. – Кулик поставил рюмку с таким расчетом, чтобы Маршалк вновь наполнил ее. – А почему вам, именитому криминалисту, в тринадцатом году пожалованному медалью международного конгресса, нужно защищать господина Коншина? Какая опасность ему грозит?

– Тайный советник Белецкий в беседе со мной сказал, что господин Коншин подвергается шантажу.

– Не по чину мне,.Александр Петрович, обсуждать мнение столь вельможного господина, как сенатор Степан Петрович, но осмелюсь донести вам как моему прямому начальнику, никто господина Коншина не шантажирует. А жалуется Белецкому его супруга Александра Андреевна, урожденная Щербатова, которую господин Коншин, ссылаясь на трудности военного времени, отправил с детьми в Петербург. – Как так? – изумился Бахтин.

– А очень просто. Будучи весьма расположенным к женскому полу, он определил сына в Царскосельский лицей, и жену отправил за ним надзирать. Что касается шантажа, то факт такой истинно был. Певица из варьете Евдокия Соколова, сценическое имя Нора Оленина, действительно грозилась рассказать о кутежах Коншина репортерам, но он от нее откупился ожерельем.