Вынужденное знакомство

– Я так понимаю, вам она не сильно понравилась? – не смогла удержаться от ответной улыбки Полина, совершенно покоренная этим самобытным персонажем.

– Да баловство, – отмахнулся тот, как добродушный папенька на каракули детишек. – Есть, правда, пара работ весьма стоящих. А остальное так, покакушки.

Тут уж Полинка не удержалась и, запрокинув голову, расхохоталась, свободно, от всей души, как давно не смеялась, – ну невозможно было удержаться. Совершенно.

– Вы очень симпатичная барышня, – похвалил неожиданно мужчина, когда приступ смешливости у Полины прошел, оставив после себя лишь открытую улыбку. И представился: – Ярослав Антонович Званный.

– Полина Павловна Мирская, – ответила ему представлением себя Полина, – один из помощников директора этой Галереи.

– Ну… – протянул мужик, рассматривая ее с веселым вниманием и поглаживая ладонью бородку. – Эт, значит, вы тут художество выставляете?

– В некотором роде я, – сразу же залилась предательским румянцем Полина.

– А не желаете, Полин Пална, познакомиться с моим творчеством? – хитро сверкнув глазами, предложил Ярослав Антонович.

– А желаю, – отважно-лихо согласилась Полина.

И предложила не откладывать это дело в долгий ящик, сразу же отправиться на просмотр.

– А никуда отправляться не надо, – посмеиваясь, остудил ее горячий энтузиазм Званный. – Некоторые полотна у меня с собой, я их в гардеробе вашем оставил, под присмотром милейшей женщины Галины Львовны.

В гардеробе Ярослав Антонович приложился легким поцелуем к ручке «милейшей женщины», рассыпавшись в комплиментах и благодарностях, чем невероятно смутил старушку, видимо, заставив ту вспомнить «былое». Работы они забрали и поднялись на второй этаж в кабинет к Полине."

"Полину отвлек важный звонок, она кивнула Званному, предложив:

– Выставляйте картины, где вам удобно, я сейчас, одну минуту. Извините.

Быстро решив вопрос, распрощавшись с собеседником и нажав отбой, она развернулась…

… и застыла, пораженная.

С пяти небольших полотен на нее смотрели ЛИЦА. Живые, настоящие, страдающие и задорно, искренне смеющиеся аж до блеснувшей слезы, задумчивые и вдохновенные – лица простых и каких-то необъяснимо возвышенных людей. Людей войны. Они не были облачены в форму и не были военными, но по каким-то мелочам, деталям, по заднему фону, по выражению их удивительных глаз было понятно, что эти люди живут на войне. Живут. На войне. Во всех смыслах такого бытия.

Полина стояла, смотрела, не в силах шевельнуться, провалившись во времени и пространстве, не в силах оторваться и отвести взгляд от этих ЛИЦ, не замечая, как катится по ее щеке слеза… Все всматривалась, изучала, словно знакомилась с этими людьми вживую.