Академия второго дыхания: выход пантеры

— Что за медные цилиндры? Почему я не в курсе?

У двери завозилась Шани.

— Я думала, это неважно и…

— Тебе не думать надо было, а сообщать всю возможную информацию! — рявкнул Люшер, и голова Шани тут же исчезла из проема.

Какое облегчение. Почему-то больше всего я стеснялась не оборотней, а именно ее липких разглядываний.

Под безэмоциональный пересказ Итана об олимпиадном задании я наконец обнаружила у кровати свои штаны и втянула их под покрывало.

— Закроют вам Олимпиаду, — убежденно сказал примарх.

«Эхе-хе, — подумала я, — как бы не так».

Но высказывать свои соображения не имела права, иначе пришлось бы упомянуть общение с Дудлем, а там и нарушение клятвы не за горой.

Итан подошел к кровати, сел рядом и обнял меня за плечи. В это время я уже застегивала брюки и чувствовала себя вполне защищенной.

— А как в Хакс попали вы, поделитесь, пожалуйста, хоть какой-то информацией? Нам будет проще понимать, что к ней имеет отношение, и вовремя вас информировать.

Я постаралась побыстрее сказать эту фразу, потому что видела, как готовится что-то спросить Итан, но ему сейчас рано было задавать вопросы. Люшер еще не остыл. Видно, редко ему отказывали во встрече, слишком яркой оказалась реакция.

Он тяжело поднял на меня взгляд и некоторое время рассматривал наши обнявшиеся тела.

— Насколько я знаю, все вампиры, даже молодые, прекрасно чувствуют эмоции в близком контакте. И могут предугадать практически любое пожелание партнерши. Чем после вампира тебя вообще мог заинтересовать молодой оборотень? Они же все как глупые щенки, только носами умеют тыкаться.

Итан рядом рассерженно зафыркал, снова каменея телом. Я успокаивающе погладила его по плечу.

— Мама говорила, что главное у мужчины здесь и здесь, — я тронула пальцем Итана по лбу и по сердцу. — Если у него это есть, то и здесь, — спокойно положила руку в район паха капитана, — будет замечательно. Мы решим этот вопрос сами.

Итан вдруг расхохотался. Он смеялся, как мог смеяться только Итан, светло, искренне, чисто.

— Я не планирую угадывать эмоции всех женщин, как вампиры, — сказал он, прямо глядя в глаза примарху, — но я научусь это делать для Мари.

Тот поморщился. Мне было неудобно обсуждать наши интимные дела, хотя я знала, что для оборотней это нормально, как дышать и двигаться. Но если это нужно сделать, чтобы над Итаном не иронизировали, что ж, я смогу.

Люшер прошелся по комнате, постоял пару секунд, глядя в окно, подошел к двери и прикрыл створку.

— Недавно я получил письмо, — спокойным голосом начал он, и я поняла, что катастрофа нас миновала. Итан рядом тоже еле слышно выдохнул. — Девушка-оборотень, работавшая в Хаксе частным детективом, сообщила мне о двух странных, по ее мнению, смертях.