Выдержка

Он принял меня лишь потому, что знает моего отца. А кто ж его не знает? И что теперь делать?

— Я хотел бы пригласить вас в гости. Поддержать так, сказать, знакомство.

— А! — возбужденно сказал он. — А почему Андрей Валентинович сам не позвонил?

Андрей Валентинович Петровский, как вы уже догадались, мой отец. Я напряженно раздумывал, как объясню ему визит директора комбината и его жены. Особняки на Рублевке в десяти километрах друг от друга — это еще не повод для дружбы взасос. К тому же наш гораздо ближе к светилу. Но Сидор Михайлович не дал мне ничего сказать. Вскочил и возбужденно прошелся взад-вперед по своему огромному кабинету:

— Понимаю. Все понимаю. Какой умнейший человек! Талантливый бизнесмен! А руководитель? Какой размах!

Он принялся нахваливать моего отца. Я согласно кивал. Потом рассыпался в ответных любезностях. Мол, комбинат процветает, на территории порядок, а секретарша — прелесть. Он осклабился:

— Что есть, то есть. Хорошо, жена не знает.

— Есть вещи, о которых женам знать не положено, — выпалил я.

— А сам-то? Женат? — подмигнул Сидор Михайлович.

— Жду подходящую партию.

— Это правильно. С женитьбой спешить не надо. Я вот тоже, по молодости да по глупости. Поспешил. Сейчас вторым браком. Молоденькую взял.

«За каким же чертом ты ей изменяешь?» — подумал я, ослепительно улыбаясь. Потом слегка подлизался:

— У вас скоро юбилей. Я слышал: семьдесят. Ни за что не скажешь! Отлично выглядите! Я бы даже предложил вам партию в теннис, несмотря на то что моложе в два раза.

— За чем же дело стало? — оживился он. — Конечно, сыграем!

Я понял, что это приглашение. Вот будет весело, если на юбилее мы встретимся с блондинкой!

— Ну, пойдем, — сказал Сидор Михайлович и первым направился к дверям.

Я не верил своему счастью. Он что, хочет показать мне комбинат?! Какая удача! В приемной друг против друга сидели хорошенькая секретарша и мрачный папаша Горб. Фотограф угрюмо молчал, а она бойко стучала по клавиатуре. Увидев нас, и он, и она одновременно вскочили.

— Это Викуся, девочка моя, — ласково отрекомендовал Сидор Михайлович.

— Сопровождающий, — представил я Сгорбыша.

Директора комбината это ничуть не удивило. Я ж персона! Мне положена свита. Викуся призывно смотрела на меня и мило улыбалась. Но я был на работе. Меня сейчас интересовали не хорошенькие женщины, а дымящиеся трубы. Сидор Михайлович лично показывал мне комбинат, заостряя внимание почему-то на теплосети. Уж не думает ли он продать львиную долю акций моему отцу?

— Все разрешения имеются, трубы заменили, котельная может дать больше мощностей, — соловьем заливался Сидор Михайлович.

Сгорбыш беспрепятственно сделал нужные снимки. Когда директор заметил это, он даже поощрил:

— Вот правильно. Надо снимать.