Закон Выброса

Увидев, что стало с дочерью, Захаров побледнел, но сохранил самообладание.

– Так вот в чем истинная цель всего этого, – хмыкнул он. – Коллекция артефактов. Ты ничем не лучше тех тупых солдафонов, что рвутся сюда за тем же. И что ты сделаешь, если я откажусь?

– Прежде всего убью твою дочь, – скучно и буднично произнес Кречетов, и Захаров сразу понял – бывший ученик так и сделает, ни секунды не размышляя. – А потом оторву тебе руки и ноги. Где лежат запасы регенерона в твоей лаборатории, я знаю. Введу в культи небольшие дозы, чтобы оперативно залечить раны, после чего посажу тебя в мою колбу жизнеобеспечения. Она способна работать два месяца в автономном режиме, ты же знаешь. Вот и посидишь на моем месте эти месяцы, поразмыслишь о жизни. А потом аккумуляторы сядут и ты сдохнешь, медленно и мучительно. Как тебе такой вариант?

– Ты же все равно это сделаешь, независимо от того, дам я коды или нет, – пожал плечами академик. – Так что можешь приступать. Кстати, Арина не моя биологическая дочь. Я сделал электронный слепок своей ДНК и ДНК жены, удалил все, что считал недостатками моего и ее генетических кодов, потом усовершенствовал слепок всеми доступными на тот момент методами и поместил эту матрицу в яйцеклетку жены. В результате получился идеальный ребенок – на тот момент. Жаль, конечно, что Арина убила свою мать при родах, но что поделать, наука требует жертв. Гораздо больше мне жаль, что ты испоганил своими останками улучшенную модель ее сына – могла бы получиться особь с просто потрясающими способностями.

– Я знал, что ты больной ублюдок, но не думал, что до такой степени. Пожалуй, и правда нужно избавить мир от такой грязи, как ты. Сделаю хоть раз в жизни что-то хорошее.

И занес когтистую лапу над головой своего учителя.

Я примерно представлял, где находится сердце лаборатории Захарова. Понятно было, что если его подземную базу атакуют, то сам он должен находиться именно там. Потому сейчас я и бежал по коридору мимо стальных дверей с надписями над ними «Автоклавная», «Операционная», «Морг», «Прозекторская», «Крематорий» и так далее. На этом этаже академик, похоже, развлекался вовсю, препарируя своих жертв, проводя над ними опыты – и тут же, не отходя далеко, избавляясь от последствий неудачных экспериментов.

При этом я был уверен, что не ошибся с выбором этажа: если б бункер не атаковали, охраны тут было бы море. Ее и во время атаки тут находилось вполне достаточно – правда, кто-то ту охрану выпилил, причем довольно жестоко.

Один киб валялся на полу с наполовину оторванной головой.

Второму неведомая сила вскрыла живот от паха до горла, выдернув из живота все содержимое.

От третьего остались только ноги и таз с торчащим из него обломком позвоночника, а куда делось все остальное – непонятно.