Его выбор (СИ)

Пошевелившись, поднялась, отмечая, что ничего не болит, разве что шея немного чешется, как бывает, когда рана заживает и, увидев на стуле свою одежду, тихо слезла с кровати, надеясь, по-тихому собраться и уйти. С альфой говорить не хотелось. И дело не в том, что не хотела высказать все, что я о нем думаю – нет, высказаться хотелось и ударить тоже, даже попинать его. Вряд ли он бы почувствовал что-то, слишком сильным был, но, быть может, мне стало бы легче, потому что если задуматься о том, что было, на душе становится горько. Но не время мне сейчас расклеиваться, не время… потому что уже ничего не изменить. Все было… но меня отчаянно беспокоило другое. Сколько времени я здесь провела? И как это сказалось на матери? Ей ведь беспокоиться нельзя, а что делать мне я подумаю после, сначала разберусь, что с мамой. Но разве дали бы мне просто так уйти? Нет.

Альфа не вовремя проснулся и, увидев, как я уже надев юбку, застегиваю блузку, спросил.

– Как ты?

– О вас это уже стало волновать? – Разозлилась я, отгораживаясь от него стеной эмоционально, и тут же переспросила, – сколько я здесь?

– День, – ответил мужчина коротко, а затем слишком резко, как мне показалось, поднялся и двинулся ко мне, говоря на ходу, – меня всегда будет волновать как ты."

"А я ощетинилась, метнулась к двери ванной и с удивительной для меня скоростью открыла её.

– Не верю, – печально усмехнулась, желая скрыться от мужчины хотя бы в ванной, слишком уж, говорящие были его глаза, будто он имел на меня право, и будто… ему и вправду было не все равно. Но я не успела зайти в ванную, он оказался быстрее. Хлопком закрыл дверь и впечатал меня в себя, прижимая к своему животу и это вызвало странную дрожь в теле, неясную, но я её отбросила, не хватало ещё лужей растекаться перед этим…

– Не трогайте, – закричала и тут же вывернулась из объятий, что удивительно, меня никто силой не удерживал, я даже не поняла, как оказалась от него на расстоянии нескольких шагов.

– Мия, мы пара, – уже с заметным рычанием в голосе проговорил.

– Мне все равно, – отрицательно покачала головой, и сложив руки на груди, решительно сказала, отмечая, что не испытываю страха, только злость и раздражение. – Я домой хочу.

– Мы в связке, – непонятно зачем сказал альфа.

– И что это меняет? – насупилась, сбитая столку.

– Всё, Мия, – снова приближаясь, проговорил, а я, когда он подошёл, ударила его. Видимо всему есть предел.

Хлесткая пощёчина прозвучала настолько громко, что я даже вздрогнула, но не отступила.

Да, как он смеет после всего, что было делать вид, что все нормально? Все внутри меня бурлило злостью.