Вы признаны опасными

– Все вы знаете, что гномы – пьющий народ! Мы встречаем день чаркой и провожаем кружкой.

– А некоторые и бочкой! – вставил старый Грум, пробравшийся в первый ряд.

– Но так было не всегда! – Хольми потряс свитком. – Каких-то восемь сотен лет назад мы, гномы, были иными! Мы не употребляли спиртного! Мы смотрели на мир трезвыми глазами!

В толпе поднялся возмущенный ропот.

– Это истинная правда! – Хольми повысил голос, перекрикивая несогласных. – Вот здесь, в этой летописи есть упоминание о проклятии, обрушившемся на наш род! Что послужило его причиной, мне не известно. Но с тех самых пор мы пьем, пьем беспробудно! То есть вы пьете. И считаете это нормой жизни.

– Не проклятие, а благословение! – выкрикнул трактирщик, скрестив руки на груди. Его поддержал одобрительный хор голосов.

Хольми вспыхнул.

– Благословение? Посмотрите на себя! Наши дети рождаются низкорослыми! Гномы мельчают с каждым поколением! Доктор, расскажите им про пьяное зачатие!

Но лекарь, который сам же и проговорился Хольми, прикусил язык.

– Тогда я сам расскажу! – пообещал распалившийся гном. – Наше племя неуклонно вырождается! Почему, вы думаете, наши женщины носят бороды? Откуда у наших девушек щетина на щеках? Разве так должны мы выглядеть? Да, средний гном не самого высокого роста, но когда-то мы доставали людям до плеча! А что теперь?

В толпе начали переглядываться.

– А наши перекошенные туловища! Наши испитые лица с этими огромными красными носами, с заплывшими глазками! А ведь нас считали красивым народом!

Кто-то в толпе задумчиво потрогал свой нос.

– Мы пьем до работы, на работе и после работы! – ковал железо Хольми, пока горячо. – Вообразите, каких высот мы бы достигли, если бы нам не мешал одурманенный выпивкой разум! Сколь многого способны добиться гномы, если даже спьяну они творят такое волшебство! – Он обвел рукой своды огромной пещеры. – Отказавшись от выпивки, мы освободили бы время для полезного, доброго, вечного! Наши силы, слившись в единый поток, устремились бы на покорение самых недосягаемых глубин! Самых сказочных вершин! Весь мир распахнулся бы для нашего племени!

Хольми на мгновение замолчал, сам ослепленный открывшейся ему перспективой.

– Так давайте же поклянемся, братья, что отныне ни один из нас не примет и капли…

Скептическое покашливание заставило его осечься.

– Эхе-хех! – сказал старый Грум. Голос его, не такой звучный, как у Хольми, на удивление легко разнесся по всей площади. – Молодой ты, паря. Ничего ты не понимаешь в этой жизни.

– Чего это я не понимаю? – запальчиво поинтересовался оратор.

– Скажи ему, Грум! – выкрикнули сзади.

– Да!

– Объясни балбесу!

Не успел Хольми опомниться, как старика мягко вытолкнули вперед.