Мне нужна жена! Что значит, вы подумаете?! (СИ)

Теперь она догадывалась, почему водитель не стал препятствовать тому, чтобы Моррис исчез из машины. Да он, наверное, рад был, когда избавился от габаритного накачанного пассажира, у которого не только бриджи были сомнительные, но и поведение. Ничего, зато в копилку баек, которые он рассказывает за рулём, прибавится ещё одна.

Моррис смеялся вместе с Яной. Но смех его был негромким, потому что параллельно он продолжал методично целовать её чувствительные места, всё больше распаляя её и себя. Однако в какой-то момент вдруг резко выпрямился и прижался лбом к её лбу.

— Яна. Если ты хочешь уехать, нужно ехать. Прямо сейчас. Потому что если ты пробудешь здесь ещё немного, я тебя уже не смогу отпустить.

Нет, она не уедет. Она уже всё решила. Глупо бежать от любящего любимого мужчины.

Но Моррис даже в этой ситуации решил проявить благородство. Защитить её от себя. Он принялся объяснять, что всё понимает.

— Я знаю, что та ночь была для тебя вынужденной, — Яна видела, как тяжело ему даётся невозмутимый тон. — Ты хотела меня спасти и спасла, а теперь мне ничего не угрожает и жертвы не нужны.

Та ночь не была жертвой. Той ночью произошло нечто магическое и глубоко искреннее, и Яна хотела пройти через это снова. Испытать все те волнительные моменты, которые прочно засели в её памяти: его требовательные жадные поцелуи, рождающие отчаянное желание, его прикосновения и ласки, нежные и откровенные, от которых перехватывает дух, и то чувство запредельной близости, невыносимая острота которого уносит из реальности.

— Я останусь, — Яна поднялась на цыпочки и, обвив его шею руками, потянулась к его губам.

Её лёгкий поцелуй сыграл роль спускового механизма. В следующее мгновение Моррис с хриплым стоном прижал её к себе с такой страстью, будто копил чувства годами и только теперь дал им выход. Его движения сделались стремительными. Пальцы конвульсивно сжали ткань блузы.

Яна поразилась тем, какую имеет над ним власть. Она прижалась к нему теснее, заставляя его окончательно потерять голову. Его ладони пробрались под блузу, ласкали чувствительные места.

Она принимала его ласки с закрытыми глазами и бешено бьющимся сердцем. Он был убийственно нетерпелив и жаден, и каждым движением давал почувствовать, как она любима и желанна.

Она не помнила, как они оказались в спальне. Его, её одежда отлетела в сторону. И снова Яна была осыпана тысячью поцелуев. Он умел быть одновременно везде.

С яростью отчаяния они вступили в танец любви, жадно упиваясь друг другом. В бешеном ритме дошли до высшей точки, чтобы сгореть в беспамятстве наслаждения.

— Кристоф, проснись, — прошептала Жанетт, — похлопывая друга по плечу. — Матушка уже уснула.

Кристоф открыл глаза. Он и не спал вовсе. Просто лежал и ждал, когда Жанетт придёт за ним.