Танго втроем

Я причиню тебе боль. Это разные вещи. Страх усилит ее. Расслабленность — позволит прочувствовать детали. Не отвлекайся. Сосредоточься здесь, — ведет кончиком розги.

Он смотрит в мои глаза.

Первый удар всегда неожиданно жестокий. Болевой порог максимально низкий. Я вспоминаю эту взрывающую терпение вспышку. И животное желание переломать в ответ все вокруг. Первый удар… Мне интересно, как Андрей проживет это и я всматриваюсь в его глаза.

Он уже пробовал розгу. Но не распробовал. Я ударил его слегка. Женя будет гораздо жесче, уверен.

— Десять, — озвучивает она. — Вдох…

Он послушно втягивает в себя воздух, замирая с наполненной грудной клеткой.

Размах! Щелчок.

Его глаза, распахнувшись на долю секунды, зажмуриваются, рывок плечами и сдавленное мычание, он выплевывает в ладонь капу, шокировано глядя на меня.

— Б**ть! — его губы дрожат, он оскаливается.

— Всё хорошо… — обнимает она его сзади за шею. — С тобой всё в порядке. Это просто ощущение. Расслабься.

Судорожно дыша закрывает глаза.

Она гладит его по щеке, он дергается со злостью от ее руки.

— Шшш… Не напрягайся. Чувствуй. Вина сменилась обидой. Да?

Задумчиво кивает, стараясь привести дыхание в норму.

— Ты думаешь я палач. Это не так. Знаешь в чем разница между палачом и садистом?

— В чем?

— Садист не равнодушен к твоим страданиям. Думай об этом, когда получишь от меня второй удар. Капу на место. Плечи расслабить.

Послушно вставляет капу, зажмуриваясь.

Свист. Щелчок. Его плечи трясутся. Он низко рычит, не открывая глаз. Желваки двигаются.

— Да… — шепчет она ему. — Чувствуй… Не бойся… Это безопасно… Вдох…

Его ноздри нервно втягивают воздух.

Свист… щелчок. Он дергается, со стоном ложась лицом на руки.

— Андрей, — он поднимает на меня взгляд.

Мне хочется помочь ему воспринять происходящее правильно.

— Не думай о своей спине. Ты. Принимаешь. Из щедрых. Рук. Опыт. Ты в состоянии это прожить.

Свист… щелчок. Рывок плечами.

Тишина. Только нервное громкое дыхание.

— Мой хороший мальчик… — она наклоняется, впиваясь зубками ему в загривок и его стон меняет тональность.

Отталкиваясь от пола, сдвигаю кресло чуть дальше, заглядывая ему на спину.

Жестко.

Четыре параллельных малиновых удара. Наискось.

— Вдох…

Я вздрагиваю вместе с ним, ведя плечами и вспоминая эти ощущения. С пятого-шестого удара они меняются. Спина начинает гореть и болевой порог сильно снижается. С десятого — легко войти в транс.

Размах. Щелчок. Пятая полоса. Все красиво параллельны.

Моя девочка не разучилась расписывать спины…

Она меняет сторону и руку. Одинаково хорошо владеет обоими.

— Больно… — шепчет она ему. — Хорошо… Твоя боль вкусная… я возьму немного еще… Хочу распробовать как следует… Вдох…

Глубокий со стоном. Задерживает дыхание.