Второй год новой эры

А то сколько можно терпеть изо дня в день постоянные плаксивые скандалы, когда вообще непонятно, кто вопит громче – пятимесячный Роман или его восемнадцатилетняя мамаша. Все ей не так, причем как раз в те моменты, когда остальные довольны…

Тем временем, пока Катя тихо лила слезы (потому что муж велел ей заткнуться и не позорить его безобразным скандалом), «Отважный» с палубой, забитой людьми, вышел из устья Ближнего и, повернув вниз по течению, под мотором при спущенных парусах, побежал по направлению к морю. Плавание в Корнуолл за касситеритом началось.

И нафига мне все это сдалось? Я-то думала – вот рожу ребенка, и мой муж будет пылинки с меня сдувать, баловать и капризы исполнять… Не тут-то было! Он вообще потерял ко мне всякий интерес. Ну еще бы – кругом конкуренция в виде молодых туземочек… Как я их всех возненавидела с некоторых пор! Ходят вокруг моего мужа, сиськами трясут, голыми ляжками сверкают, еще и глазки строят! У кого только научились? Или это у них врожденное умение? Словом, я пребываю в постоянном напряжении, все время вынуждена следить за мужем, как бы он слишком не увлекся кем-нибудь из них… Впрочем, все мои усилия, наверное, напрасны. Как бы я его ни контролировала, за его мыслями я проследить не в состоянии. К тому же он у меня обычный парень – ту, то есть самец, у которого вполне естественная реакция на красивое женское тело… А увлекаться женским полом в нашем племени не запрещается, а даже поощряется… Я уж пыталась смириться с этим, но вот все время преследует меня опасение, что он полюбит кого-то сильнее, чем меня… Куда уж мне тягаться с этими дикими штучками! Беременность с родами не очень хорошо сказались на моей фигуре. Правда, Сергей меня утешает, что, мол, «ничего, похудеешь!», но это слабое утешение. Я ему, наверное, разонравилась, и от этого я постоянно переживаю и ем еще больше… Марина Витальевна тоже смотрит на меня неодобрительно и говорит: «Тебе, мамаша, нужно побольше физической активности! Раздобрела ты за последнее время… Вон какая задница, а ряшка-то! Ты давай худей, мать, а то смотри…» Что «смотри», она не договаривает, но я уверена, что она имеет в виду, что мой муж меня разлюбит… Да-да, не иначе. И по-моему, все так думают, и за глаза насмешничают надо мной, и строят предположения, когда же это произойдет… О ужас! Я оказалась в какой-то безвыходной ситуации, в замкнутом круге. Муж равнодушен – надо похудеть, похудеть не могу – от переживаний много ем. Тут Ляля мне сказала, что дело не во внешности, что любят за душевные качества; уж не знаю к чему это она, но я задумалась над ее словами. Разве у меня плохие душевные качества?! Я мужа люблю, в огонь и воду за ним пойду, я хорошая мать – мой ребенок ухожен и я всегда с ним. Я вообще не могу доверить своего сына никому другому.