Леди второго сорта

Так что если не хочешь стать предметом для пересудов, лучше не нарушай правила приличия.

Давенпорт протянул руку поверх моего плеча и закрыл окно.

— Простудишься, — пояснил он и вернулся к прежней теме. — И потом, мы это уже обсуждали, и ты согласилась, что будешь прислушиваться к моим советам.

Было такое. Но чего не пообещаешь в надежде вырваться из дома? Вот и я кивала, пока опекун перечислял условия моего проживания в Баркли. Правда, думала в тот момент совсем о другом.

— Мне пора возвращаться, — в голосе Давенпорта послышались странные нотки. Мне показалось, что он в чем-то сомневается. — Вот, возьми.

Опекун достал из кармана кольцо и протянул его мне.

— Зачем?

— Если захочешь поговорить или тебе срочно понадобится помощь, просто поверни его.

Давенпорт, не дожидаясь ответа, взял мою руку и ловко надел кольцо на безымянный палец.

— Я буду тебя навещать, — все еще удерживая мою ладонь, тихо сказал он и посмотрел так, словно хотел что-то добавить.

Я прямо чувствовала готовые сорваться с его губ слова, но опекун остался верен себе. Он лишь молча кивнул, надел цилиндр, сделал пасс рукой, открывая портал, и исчез в серой дымке. А я посмотрела на схлопнувшееся пространство, широко распахнула окно и полной грудью вдохнула свежий морской воздух. Свобода…

***

Шла вторая неделя моего пребывания в Баркли. По сравнению с холодным и промозглым Бреголем побережье радовало теплой, по-настоящему весенней погодой, и ярким солнцем.

— Баркли славится тем, что большую часть года у нас солнечно, — просветила меня тера Холль во время нашего с ней первого совместного обеда.

Что ж, пока все подтверждало ее слова. Безоблачное небо сияло праздничной умытой синевой, море казалось ласковым, как веселый щенок, а на растущих вдоль набережной деревьях уже вовсю пробивались почки.

Жизнь в Баркли текла размеренно и неторопливо. Утром я подолгу тренировалась, потом завтракала и отправлялась гулять в коляске по набережной, иногда с Присси, иногда сама. На обратном пути заезжала в питьевой бювет, чтобы отведать местной целебной воды, а к обеду возвращалась в пансион и оставалась там до вечера. Я захватила с собой пару заготовок и инструмент, и посвящала все свободное время вырезанию фигурок. Как ни странно, с каждым днем я все увереннее овладевала новым для себя делом, интуитивно догадываясь, под каким углом держать резак, с какой силой нажимать на него, и как глубоко прокладывать борозду. Первая фигурка получилась довольно легко, всего за пару дней. А вот со второй я возилась до сих пор. Мне никак не удавалось передать выражение лица девушки-лисички. Перед глазами стояла хитрая, слегка заостренная мордашка, и я старалась повторить ее черты в деревянной скульптуре, но чего-то все равно не хватало.