Вторая попытка для попаданки 2 (СИ)

Но у них не было этих доказательств, несмотря на то, что заявление на миссис Шортен находилось в материалах дела с самого начала, а миссис Шортен была в листе потенциальных свидетелей в расширенном списке, куда входил почти каждый работник академии.

Я едва заметно улыбалась, гордясь своей командой, законниками, которым я доверилась. Не случайно мистер Симменс рекомендовал именно мистера Гаилли для этой работы, сразу же признавшись, что один он может не справиться."

"Газетчики непрерывно делали заметки в свои журналы, и я слышала их перешептывания. Многие из них всё ещё упоминали Макса, и это безумно злило меня. Фуллагар не имел никакого отношения к этому делу, и одержимость Максом со стороны Люсиль была просто попыткой отвлечь внимание от настоящего преступления. Того, которое планировалось и совершалось на протяжении долгого времени и заслуживает максимального наказания.

Перерыв на обед ознаменовался ещё одной попыткой законников Люсиль поговорить с нами. На этот раз они были намного вежливее. Люсиль больше не выглядела злобной кошкой, вернувшись к образу несчастной жертвы. Хотя мне, конечно, доставались совсем другие взгляды.

Даже её родители пытались подойти к моим, но я закатила настоящий скандал на эту тему и попросила охранников сопровождать моих родителей на время суда. Еще не хватало чтобы на меня давили через близких.

После перерыва настанет моя очередь давать показания, и я наконец расскажу свою часть истории: как Люсиль более полугода подсыпала мне снотворное, как я впервые заметила её вместе с мистером Маршем, как запатентовала артефакт из страха что Люсиль попытается на него претендовать и именно так и случилось.

Пока я повторяла свои показания, ко мне подошёл профессор Лазарус.

— Вы правда думаете, что Люсиль Бэксли пыталась украсть ваш артефакт?

Бывший глава факультета артефакторики продолжал искать что-то в моём лице, и это вызвало у меня раздражение. Я не могла поверить, что он выступал на стороне Люсиль после всего того цирка, который она устроила в день защиты. Тогда он поддержал меня, не отрицал мои слова и даже позже участвовал в урегулировании дела против академии.

— Я не думаю, профессор. Я знаю. Признаться, я удивлена видеть вас здесь.

— Я не мог не прийти. У меня не было выбора, — ответил он, и я бросила на него растерянный взгляд, не понимая, о чем он говорил.

После перерыва мистер Симменс на некоторое время исчез из зала суда, а когда вернулся, выглядел крайне взволнованным. Его выражение лица заставило моё сердце тяжело ухнуть.

Что случилось?

Я не могла поговорить с ним, так как заседание уже началось, и судья зачитывал правила поведения в зале суда, включая требования о тишине.

В этот момент мистер Симменс передал мне записку:

""В коридоре мистер Марш.