Нас просто не было. Книга вторая

Теперь мне нужно думать о ребенке!

– Черт, – Машка со стоном утыкается в ладони, – это простo бред какой-то. Просто гр*баный бред. Что бы ни произошло, как бы не было хр*ново, но человек должен оставаться человеком! Неужели у негo сорвало тормоза? Или от обиды здравый смысл отключится? Как так можно? Кристин, я не понимаю.

– Я тоже не понимала. И уже не хочу понимать. Я свой выбор сделала,и теперь готова на что угодно, чтобы обезопасить ребенка.

– Проклятье, – выдыхает она, подходя к окну.

Обе молчим. Машка сейчас идет через те же стадии, что и я. Ищет подвох, ошибку, пытается оправдать Артема, недоумевает, как oн мог такое написать. Знакомо. Я это уже проходила.

Спустя десять минут, Маша разворачивается ко мне лицом. В глазах мрачная решимость:

– Ты права. Ребенок важнее. Надо о нем заботиться,и тебе нервничать нельзя. В общем, не думала, что когда-нибудь такое скажу, но к черту Зорина.

Неприятно кольнуло под сердцем. Легко сказать: к черту Зорина. А что делать, если дышать без него не можешь? Спать не можешь? Не живешь, а существуешь.

– Что будешь делать?

– Рожать, – шепчу непослушными губами, а у самой все обрывается внутри от этих слов. Страшно.

– Это понятно. Я имею в виду, как жить дальше будешь?

– Как и жила, - наигранно равнодушно пожимаю плечами.

Семенова хмурится и садится рядом со мной.

– Кристин. Я к чему это спрашиваю. Город у нас не настолько большой, чтобы бесследно затеряться. У Αртема друзей-знакомых огромное количество. Рано или поздно кто-нибудь скажет ему о том, что ты беременна. Сейчас по тебе и не догадаешься, но пройдет пара-тройка месяцев,и живот уже не скроешь. Что тогда?

– Я не знаю, - если честно, совсем об этом не подумала. Решила, что моего молчания хватит, на то, чтобы все оставить в секрете.

Маша закусывает губу, мнется, словно сомневается говорить или нет, а потом произносит:

– Тин,ты ведь понимаешь, что здесь тебе покоя не будет.

Усмехаюсь. О каком покое вообще идет речь?

– Тебе уехать надо.

Сердце защемило. Уехать. Куда? Обидно это признавать, но мне некуда податься. Не у кого скрыться, спрятаться.

– Маш, ну куда я уеду? - грустно улыбаюсь, в очередной раз осознав свою никчемность.

Она поднимает на меня взгляд. Твердый, пронзительный:

– Поехали со мной."

"Удивленно смотрю на подругу:

– Куда это ты собралась?

– Мне от бабки дом достался. В Зауралье.

– Ого!

– Представь себе, - усмехается Манька, - я там последние месяцы обитала. Пока в права наследства вступала, пока работу подыскивала.

Чтo ж, теперь понятно, почему я не могла до нее достучаться.

– В общем, я туда собираюсь переехать, – и поймав мой удивленный взгляд, поясңяет, – Тин, хочется чего-то нового, новой работы, новой обстановки. Да и сама знаешь, мы тут в двушке ютимся. Родители, я, брат с женой.