Нас просто не было. Книга вторая

– Все, больше не могу, - простонала Маша, нагнувшись вперед и упираясь руками в колени, - у меня сейчас сердце разорвется.

– Ага, - хриплю, потому что в горле пересохло,и дыхания на длинные фразы не хватает. Стою, уперев руки в бока и задрав голову к небу. Сердце бьется где-то в горле, гулко, торопливо, раскатисто. Изо рта белыми клубами вырывается дыхание. Устала, но ощущение такое, будто заново родилась.

С санок доносится недовольное ""Бу!"".

– Что «бу»? Сама сидит, щеки свесила, а мы уже на последнем издыхании, - смеется Машка, глядя на недовольную физиономию Олеси.

Та начинает нетерпеливо подпрыгивать на санках и настойчиво повторять:

– Ма-ма, ма-ма, ма-ма, ма-ма, – тактично намекая, чтобы мать не стояла как истукан, а занялась делом.

Кое-как сама выбирается из санок и начинает носиться из стороны в сторону,так что мы только успеваем ловить ее,то у огромного сугроба, в который она намеревается нырнуть с головой,то у сколькой полоски, открытого изъезженного сотней ног льда. Постепенно продвигаемся вглубь парка, и как выясняется позже, очень неосмотрительно, ибо впереди нас ждало развлечение, мимо которого не пройдешь.

Прогулявшись по дорожке среди заснеженных деревьев, попадаем на широкую расчищенную площадку, заснеженный склон с раскатанными горками. Как тут удержаться? Правильно, никак.

Идем кататься, несмотря на усталость. По очереди то я,то Маша скатываемся на санках вместе с Олеcей. У нее полный восторг. Это первое такое развлечение за всю еė жизнь. Детеныш радостно визжит, когда санки весело катятся вниз, и вместе с ней невольно начинаешь улыбаться и смеяться.

Новoгодние каникулы, людей просто море. Здесь и бесконечные толпы шумных мальчишек, и вот такие же мамочки с маленькими детьми,и взрослые компании. Каждый катается, как может. Кто на санках, кто на ледянках, кто на ватрушках. Громко, весело, с огоньком. Настроение постепенно ползет вверх,и тяжкие думы нехотя отступают."

"Проходит еще полчаса. Силы окончательно покидают. С непривычки устала так, что каждое движение через силу, будто на каждой конечности по гире висит. В очередной раз скатившись вниз, еле забираюсь обратно, вытягивая за собой санки с Олесей. Наверху горы ждет Маша, повалившись прямо на снег:

– Все, вот теперь я точно больше не могу, – стону, плюхаясь рядом с ней на колени. Щеки покалывает от холода, пальцы рук почти не чувствую, но на губах широкая счастливая улыбка, – идемте домой. Я хочу тихий час.

– У кого-то он уже начался, – усмехается Семенова, кивнув в сторону Леси. Оглянувшись, вижу, как дочь чуть развернулась на бочок,и удобно привалившись к спинке санок, заснула.

– Спеклась малявка, - констатирую очевидный факт.