Трое из Леса. Вторая трилогия

За порогом стоял толстенький ухоженный старичок-волхв.

Мрак был уверен, что теперь, отмытый, одетый богато и причесанный, он выглядит по-царски, но волхв, придирчиво осмотрев Мрака, долго хмыкал, морщился с неудовольствием, заявил негодующе:

– Запустить себя до такого краю!.. Понадобится с неделю, а то и больше.

– На что? – спросил Мрак настороженно.

– На твой человечий облик. Ты ж зверь, а не человек.

Мрак исподлобья смотрел на маленького пышно одетого волхва. От того несло, как от напомаженной девки. В носу свербило, Мрак едва не расчихался ему в лицо.

– Я вроде бы человек, – сказал он осторожно.

Волхв взмахнул дланями:

– Человек? С такими рубцами? Шрамами?.. Перебитым носом? Да еще в двух местах?

– Трех, – поправил Мрак.

Волхв даже отпрянул:

– Да как с этим можно жить?

– Живу, – ответил Мрак."

"– Жил, – возразил волхв. – Желание моей повелительницы – закон. Я сделаю из тебя человека! Не красавца, конечно, красавцем тебя даже боги не сумеют… Сама Леля бы удавилась, на тебя глядя, но кое-что у меня получится.

Мрак смотрел исподлобья. Леля не удавилась, когда его зрела, но в чем-то этот дурень прав. Светлане будет приятнее видеть чистое лицо без жутких шрамов.

– Что я должен делать? – спросил он.

Улыбка волхва стала неприятной.

– Терпеть, – сказал он зловеще. – Только терпеть.

Была боль, но не столько от рук волхва-лекаря, это Мрак выносил безропотно, а что не видел Светланы. Волхв хмурился, бурчал, иногда бушевал, и тогда от его гнева прятались помощники, но, в общем, был доволен. Он убирал шрам за шрамом, ломал и заново сращивал кости и хрящи носа, сломанную челюсть, а Мрак, опоенный дурманящим зельем, почти не чуял боль, терпел покорно, а кости срастались удивительно быстро.

Когда пришел день натянуть новое мясо и срастить кожу, волхв даже мурлыкал под нос песенку. Дикий видом лесной человек на глазах превращался в сурового обликом мужа, с правильными чертами, прямым носом и тяжелой нижней челюстью. Темно-коричневые глаза остро смотрят из-под густых черных бровей, взгляд тяжел и пристален. Статью и обликом теперь походит на главного воеводу, что командует войсками всего тцарства.

Когда Мрак, приходя в себя, принялся яростно чесаться, волхв ухватил за руки:

– Не погуби свою новую личину!

– Зудит, нет мочи…

– Терпи.

Он подвел его к огромному зеркалу. Мрак отшатнулся. На него взглянуло суровое лицо красивого мужчины. Черный как ворон, хмурый, надменный, с ровным носом и чистым лицом, ни единого шрамика, даже совестно, глаза стали вроде бы крупнее, или это волхв своими чарами приподнял брови, изогнул по-иному.

– Это не я, – сказал он невольно.

Волхв довольно хихикнул:

– Ты. Своей рожи не знаешь?

– Я ее такой никогда не видывал.

Волхв понимающе кивнул:

– Ясно.