Вторая «Зимняя Война»

За его спиной – огромная страна, мощь которой поставила на колени маленькую Финляндию, и теперь от одного только слова этого человека зависит жизнь и смерть всего финского народа.

С минуту эти двое – победитель и побежденный – стояли и смотрели друг на друга тяжелыми взглядами, потом Маннергейм отвел глаза и сказал:

– Господин генерал, чтобы избежать полной гибели подчиненных мне солдат, я, маршал Финляндии Маннергейм, прибыл к вам, чтобы обговорить условия капитуляции подчиненной мне финской армии. Также прошу Вас проявить милосердие по отношению к финскому гражданскому населению и раненым солдатам и офицерам, находящимся в беспомощном состоянии.

Генерал Говоров оглядел побежденного Маннергейма и кивнул.

– Господин маршал, – ответил он, – по этому поводу я уже получил из Москвы конкретные указания. Части вашей армии должны быть разоружены, а их солдаты и офицеры – подвергнуты проверке нашими компетентными органами. Причастные к совершению военных преступлений, а также участники антисоветских националистических организаций будут объявлены военнопленными, со всеми вытекающими из этого последствиями, а остальных сразу после завершения проверки мы отпустим по домам. При этом всем пленным гарантируется хорошее обращение и полноценное питание наравне с нашими войсками, а раненым будет оказана медицинская помощь. Что же касается гражданских лиц, то им не грозит никакая опасность, ибо Красная Армия не воюет с женщинами и детьми. Поэтому я попрошу вас вернуться в свой штаб и отдать соответствующие приказы своим войскам. Думаю, что это будут последние приказы, которые вы сможете отдать, потому что после завершения процесса капитуляции вас велено арестовать и переправить в Москву, как одного из виновников развязывания этой никому не нужной войны и исполнителя агрессивных и людоедских планов вашего политического руководства.

Последние слова Говорова заставили Маннергейма вздрогнуть как от удара. Ну что же, теперь он знает, что ему делать по возвращении в Лаппеэнранту. Сначала он выполнит свой долг как главнокомандующий, передав приказ капитулировать командирам третьего, шестого и седьмого корпусов, составляющих Карельскую армию, а потом, оставшись наедине с собой, пустит пулю в висок, чтобы избежать позора и всеобщего поругания. Пусть судят его уже мертвого, если хотят, ведь в результате долгой и бурной жизни у него не осталось на этой земле людей, ради которых стоило бы жить и которые могли бы стыдиться его позора. Все, что он делал, оказалось парадом тщеславия и суетой сует.