Вторая жизнь

Небось и курочка домашняя, не то что наши.

Валентина Даниловна расцвела и щедро отлила в кружку бульону.

Полина пошла кормить Лизу.

– Ты меня прости, – сказала она подруге, – тебе так лучше будет. А свекровь за Дашкой присмотрит. Ты лежи, восстанавливайся. Ешь хоть по чуть-чуть. Не сердись, что я разрешила твою свекровь вызвать.

Лиза кивнула, сделала еще глоток бульона и закрыла глаза.

– Уснула, – доложила Полина Валентине Даниловне и Роме. – Пусть спит сколько захочет. И ест. Маленькими порциями, хотя бы по нескольку глотков бульона, но часто. Валентина Даниловна, Дашка на вас. Смеси все есть, режим питания я расписала. Вот телефон частного врача – если что, звоните, она приедет. Врач хорошая, моя давняя знакомая. Звоните, если нужна будет моя помощь. Лизе нужен покой. Иначе у нее может развиться депрессия. Пусть в себя придет. Валентина Даниловна, спасибо, что приехали. Теперь я за Лизу и Дашеньку спокойна.

Валентине Даниловне было приятно, что ее бульон и умения оценили по заслугам. Полина уехала, взяв с Ромы обещание, что он будет звонить и отчитываться о состоянии Лизы.

Бабушка придирчиво читала на пачке со смесью состав, разглядывала стерилизатор и современные бутылочки с анатомическими сосками. Даша захныкала.

Валентина Даниловна вошла в детскую, подошла к кроватке и склонилась над девочкой. И вот тут случилось то, чего она не ожидала. Даша была как две капли воды похожа на маленького Рому. Глазки, щечки, ручки, волосики. Ну копия Ромочка в детстве – пирожок, булочка. От Лизы – ничего, ничегошеньки.

Валентина Даниловна взяла девочку на руки и обрадовалась – сильная девочка, упитанная, все соки из матери высосала, тяжеленькая, с аппетитом хорошим. Валентина Даниловна дала ей бутылочку, оставленную Полиной, и Даша уверенно вычмокала положенную норму и могла съесть еще. И губа ее, бабушкина, тонкая, как ниточка. Валентина Даниловна прижала внучку к груди и решила больше не выпускать.

Она принялась скоблить, натирать, мыть, парить, драить, гладить. Кухня привела ее в ужас – кастрюли не те, сковородки не те. В чем ребенку кашу варить – непонятно. Стерилизатор с бутылочками она поставила на холодильник. И начала кипятить, дырявить соски, разводить питание по-своему. Заставила Ромку съездить в Заокск и привезти нормальную посуду. Рома не знал, что именно понадобится, поэтому загрузил все, что попалось под руку. Свекровь была только рада. Она грела воду в старой эмалированной чашке, кипятила соски в серой кастрюле с самодельными ручками – две винные пробки, – которую отскоблила ножом. Водрузила на плиту чайник со свистком, не доверяя электрическому – он не так бактерии убивает, как нормальный.