Вторая жена

– Полотенце убери. Сама, – опять приказ с небрежным кивком в сторону своих бедер.

Не дышу, когда тяну руку к махре, прикрывающей его достоинство. А потом резко дергаюсь и отворачиваюсь, когда вижу его там…

Никогда не думала, что мужская плоть может быть такой… Огромной… Господи… Это просто невозможно! Вот такое просто не может поместиться в женщине!

Он самодовольно хмыкает и хватает пальцами меня за подбородок, заставляя снова повернуть голову на него.

– Что такое? Не видела обрезанного? – спрашивает еще более хрипло, чем минуту назад. – Не отжарили вас с подружкой, пока тусили в республике?

Я дергаюсь от горячего прикосновения его пальцев, от его грубости, и от этого моя грудь третьего размера колышется. Вижу, как взгляд Алихана становится почти шальным, кипящим, опускаясь на неё. Кира говорила мне, что мужики с ума сходят от моих «сисек», как она выражалась, все время повторяя, что мне стоит носить декольте на все зачеты и экзамены к преподам-мужикам.

Вскрикиваю, когда вмиг оказываюсь на спине, погребенная под его огромным телом. Алихан не придавливает меня, но фиксирует так, что сразу понимаешь – не сбежать.

Наши взгляды снова встречаются.

Пальцы вновь нагло трогают мои губы, открывают их, проталкиваются внутрь.

– Соси, – пошлый, до невозможности порочный приказ, заставляющий внутри что-то сжаться от примеси почти животного интереса и стыда. Мы делаем какие-то неправильные вещи. Притом это он пачкает меня своим пороком. И назад пути нет.

– Глубже соси. Это тебе не стручок твоего друга-борща. Если ты палец мой не можешь принять, на что вообще ты годна? – каждое слово – стигмой по коже, раскаленным железом.

Что-то говорит на своем хрипло, убирает руку, тут же обхватывая ею грудь, щипая за сосок, заставляя выгнуться, а потом сминает полушария, накрывая мои губы жестким, пожирающим поцелуем. Пьет меня. Его язык такой же наглый и беспардонный, как пальцы минуту назад.

– Отвечай, – снова жесткий приказ, прямо в губы.

Я размыкаю глаза, чтобы встретиться с черной бездной его взгляда, лоб в лоб, слишком близко. Хочется закричать.

Только разве это поможет? Что мне остается делать, как не слушаться этого страшного человека? Делаю неловкую попытку податься ему навстречу и сама поцеловать. Ему, видимо, сейчас надо именно это. Потому что в ответ слышу рык и еще больше напора. Теперь лапища Алихана гуляют по всему моему телу, изучая, клеймя. Он разводит мои ноги так же резко. Шлепая по внутренней стороне бедра, не давая возможности привыкнуть к его резкости и порывистости.

Трогает там, между ног, заставляя подскочить в попытке отстраниться. Но все такой же жесткий, почти мертвецкий захват возвращает меня на место.

На секунду он замирает, словно бы в раздумьях.