Васильевич. Книга вторая. Князь Серебряный

Обсудили и запланировали это мероприятие на следующий год. Самое интересное, что есть место в непосредственной близости от Москвы, которое даже лучше, чем Кондырево соответствует всем параметрам необходимым для открытия там кирпичного и черепичного заводов. Это Гжелка. Есть каолиновая глина и в огромных количествах. Есть песчаные карьеры, в которых народ песок добывает. Да он хуже, чем его — белоснежный. Но для кирпича подойдёт. А ещё там есть залежи окиси кобальта. Место точно Юрий Васильевич не знает, но если народ поспрашивать, то кто-то да сталкивался с синей краской, которая огня не боится, а может её и добывают уже. Пока часть помещений кирпичного завода отдали стеклодувам. Но это не выход.

Вывод какой из всего из этого. Свояки купцы навозили ему песка столько, при уменьшившимся потреблении, что лодьи у них сейчас простаивают, и можно их снова выкупить, пусть себе новые заказывают, обеспечивают корабельных мастеров работой. Четыре лодьи — это чуть маловато. Всё же он на рать в сто пятьдесят человек замахнулся, да пушки, да миномёты. Есть у тех же свояков ещё четыре баржи небольшие, что они к лодьям цепляли. Всё одно чуть маловато. Ещё пусть бог даст хотя бы две лодьи. Ведь нужно кроме людей ещё и продукты с собой тащить.

И тут сработала поговорка, что тому везёт, кто везёт. Из Козельска прибыл купец, который регулярно стекло покупает у Юрия Васильевича. Сбывает он его в Козельске, Перемышле и даже как-то до Брянска добирается. Боровой к нему метнулся, мол, продай лодью старче. А себе в Коломне или Москве новую купишь. Поартачился купец, потом цену заломил, потом увидел, что князь Углицкий зубами начинает скрежетать и куда бедному податься — согласился продать кормилицу.

Ладно. Если не сильно барствовать, то пять лодей больших и четыре баржи хватит чтобы и войско перевести и припасы. Пора собираться, а то можно и пропустить набег. Приплыть к разбитому корыту, к сожженной в очередной раз Рязани.

Лодочная рать на этот раз выглядела гораздо слабее. Было весной, блин, недавно совсем, а словно пару лет прошло, двенадцать миномётов и одиннадцать фальконетов, да сто шесть тромблонов. А теперь чего? Фальконетов? Один первый самый, из которого все учились стрелять, и который с собой в Казань не взяли, оставили в Москве. Он пятидесятисеми — пятидесятишестимиллиметровый. Ещё один был, на лодье, что его из Казани во Владимир привезла. Юрий о нём вспомнил и двое дворян отправленные во Владимир его в Калугу привезли. Без станины. Ну, тут уже кузнецы её сделали. Есть и ещё один семидесятипятимиллиметровый, что тайно для него сделал мастер литеец Якоб фан Вайлерштатт. Всё, генуг, больше фальконетов, читай — дробовиков, нет. А оружие против конницы замечательное. Это главный минус новой судовой рати.