Вторая половина олигарха

В бассейн их возила, чтобы, значит, для здоровья польза была… А Корнил Борисович пьяные компании домой водил, да еще с девками! Где ж это видано – такое безобразие в своем доме устраивать?! Хоть бы о детях подумал! Они же все подмечают, у них создается понятие, что так себя вести – это нормально… Нет, зря, зря он Марине деток не отдал. Большой грех на себя взял, за то теперь и страдает. Думаете, Танечка наша просто так пропала? Как бы не так! Просто так, как говорила моя мать, покойница, и прыщ не вскочит. Это ему кара господня за блуд!

Вера продолжала убирать посуду, вздыхая и качая головой, а я подкинула ей новую мыслишку:

– Так он и сам сейчас, наверное, очень страдает: жена, хоть и бывшая, умерла, дочка неизвестно где…

– Это он-то страдает?! – возмутилась домработница. – Как же, страдает он, дождешься от него! Да если хотите знать, он вчера за полночь домой приехал! Вот так-то. Дорик его привез. Сам пьяный, щека – в губной помаде, веселый, все песни порывался петь. Мы с Дориком хозяина-то раздели, в постель уложили… А наутро он у меня кофе крепкий попросил. Видать, так хорошо вчера погулял, что теперь в себя прийти не может. Вот так-то! А вы говорите: страдает! Нет, такие не страдают! И смерть жены ему нипочем, и пропажа дочери… Никак очередную девку нашел, в ресторан водил. Это он любит. А Федоровна-то, мамаша ихняя, все хвалит сынка, не нахвалится! И умный-то он, и деловой, и папаша заботливый… А уж мужем каким был! Таких, мол, как мой Корник, поискать!.. Все уши мне про это прожужжала! Что значит материнская любовь: слепа, как старый крот!

– А отец Корнила Борисовича? Он здесь бывает?

– А! Бывает… Только редко. Он, между нами говоря, выпить горазд да жрать по ведру. Не поверите: за присест съедает две-три полные порции первого, потом столько же второго, ежели там котлеты – штук семь может зараз слопать! Да еще полпирога в придачу. Ей-богу, не вру! Мне аж смотреть на него – и то желудок скручивает! Это куда же в человека столько лезет! Вот уж верно говорят: ненасытная утроба. А как выпьет – такой дурак! Прости господи!.. Один раз – правда, давно это было – он пьяный ко мне полез… Зашел на кухню и зажал меня в углу! Я и так, и сяк – не могу от него увернуться. Я, конечно, женщина не слабая, я бы его так половником приложила! Либо доской разделочной… Так ведь нельзя: отец хозяина! Господи, думаю, сейчас Федоровна зайдет, она ж мне волосы за своего хряка выдерет! А Корнил-то наш увидел такое безобразие и, похоже, запретил отцу здесь появляться.

– Да, а я-то думала, это такая образцовая семья! Родители – учителя, папа – директор школы, сын – бизнесмен!..

– Это какими нехорошими? – сделала я удивленное лицо.