Непредвиденные встречи (сборник)

Но проверить эти гипотезы невозможно.

Джаваир отпустил поискеров и повернулся к главному экрану, который казался черно-звездным провалом в стенах командного зала.

– Холод говорил о какой-то другой возможности исхода броска "Славутича"…

– Он не сказал, что это за возможность. Но интуиция мне подсказывает, что именно она и решит проблему.

Алый клубок светила сместился в боковой сектор экрана, и в зале наступила призрачная полутьма, перечеркнутая бисерным сверкающим пунктиром Млечного Пути.

Зубавин устало откинулся в кресле.

Поиск утомлял не столько физически, сколько однообразием впечатлений. Разведкапсулу вели автоматы, программу поиска тоже осуществляли автоматы, но главным центром контроля и анализа данных оставался человек, хотя и соединенный в одно целое с компьютером, позволяющим хозяину реагировать на малейшие изменения среды с такой же скоростью и точностью, как и "неодушевленная кибернетика".

В маленькой ходовой рубке капсулы слышалось только дыхание людей да исполнительные зуммеры автоматов. Двое в рубке были и пилотами, и бортинженерами, и командирами корабля одновременно, но они не дублировали друг друга, а вели поиск параллельно, на разных уровнях. Зубавин - в спейс-диапазоне, его сосед Консовский - в световом и в радиодиапазонах.

В координатное перекрестие локатора вползло светило спектрального класса G-8, последняя надежда их долгого поиска. До него было уже недалеко, около пяти астрономических единиц, и капсула, управляемая координатором крейсера "Витязь", направлялась в тот район системы, где должна была вести поиск самостоятельно.

– Первый, я семнадцатый, выхожу в расчетный квадрат, - сказал Зубавин. Перед его креслом находились гнутые экраны локаторов, виом планетарной связи, настроенный на аварийную волну, окно перископа-дальвизора, но все они больше походили на диски из полированного черного металла, чем на экраны. Лишь один раз за все время включился сигнал предупреждения и один из экранов отразил белый всплеск, но то оказался сгусток пыли и щебня, очевидно, ядро кометы в апоастрии.

– Семнадцатый, "подметайте" систему чище, - раздался в наушниках голос дежурного диспетчера крейсера Стефана Лефски. - Даю на всю работу час пятнадцать.

– Принял, - лаконично ответил Зубавин.

Несколько минут прошли в молчании.

Разведкапсула ощетинилась антеннами приема и локации, сориентировала их таким образом, чтобы захватить только свой квадрат поиска, и превратилась в одно громадное "ухо", главным чувствительным элементом которого были люди.

И вдруг резкий сигнал внимания вырвал Зубавина из "резонансной системы", заставил собрать тело, "разбросанное" в данный момент по колоссальному объему пространства.

– Семнадцатый, срочно возвращаю. Минуту на подготовку.