Вскрытие показало…

 — Он выглянул в коридор. — Да куда этот Марино, черт возьми, запропастился? Его что, волной смыло?

Уэсли покончил с неприятными делами в отделе судмедэкспертизы и канул в солнечный полдень — ему предстояли не менее неприятные дела."

"Мы перестали ждать Марино — он действительно как будто куда-то провалился. Впрочем, у меня и не было времени размышлять над его странным исчезновением, потому что ко мне в кабинет, как раз когда я запирала ящик стола, вошла Роза.

По тому, как Роза поджала губы, я поняла, что ее сообщение меня не обрадует и она об этом знает. После долгой тяжелой паузы Роза произнесла:

— Доктор Скарпетта, вас ищет Маргарет. Она очень просила меня сразу же, как у вас закончится совещание, сообщить вам об этом.

Мое лицо выдало меня прежде, чем я успела подумать о том, что хорошо бы скрыть раздражение. Меня поджидали несколько трупов, предназначенных к вскрытию, и чертова куча телефонных звонков. И без того работы на десятерых, а тут еще Маргарет с какой-то ерундой.

Роза вручила мне стопку документов на подпись и продолжала стоять над душой, буравя меня взглядом сквозь очки. Наконец она не выдержала и произнесла менторским тоном:

— Маргарет у себя. По-моему, дело не терпит отлагательств.

Роза наверняка знала, что это за дело (она вообще всегда знала, что происходит в офисе), но мне сообщать об этом не хотела. И хотя я не могла поставить ей это в вину, меня порядком раздражали ее замашки школьной директрисы и командный тон. Нет чтобы рассказать обо всем прямо! Но Роза ни за что не хотела приносить плохие новости. Наверное, годы работы с моим предшественником, доктором Кэгни, научили ее осторожности.

Кабинет нашего системного администратора Маргарет находился в центральной части здания. Стены в этой маленькой комнатке, отличавшейся спартанской обстановкой, были выкрашены той же тусклой бежевой краской, что и в остальных кабинетах. Пол, выложенный темно-зеленой керамической плиткой, постоянно казался пыльным, независимо от частоты уборок. На каждой более или менее пригодной для этого поверхности громоздились кипы распечаток, из шкафа едва не вываливались инструкции, кабели, картриджи и дискетницы. Ничего личного — ни фотографий, ни постеров, ни безделушек. Никогда не могла представить, как Маргарет терпит этот канцелярский бардак. Впрочем, насколько мне известно, все айтишники таковы.

Маргарет сидела спиной к двери, уставившись в монитор. На коленях она держала практическое руководство по программированию. Повернувшись вместе с креслом и увидев меня, Маргарет подвинулась. Ее лицо было мрачным, короткие темные волосы растрепаны, будто она их ерошила, в глазах застыло отчаяние.

— Я с утра была на собрании, — начала Маргарет. — А когда вернулась, увидела на экране вот это.