Вся Агата Кристи в трех томах. Том 2. Вся Мисс Марпл

Когда, во славу экономии, живешь, как воробушек, а потом внезапно наешься и напьешься, это не проходит даром.

— Вот как, и это все?

— Конечно. А что еще?

— У его врача, я так понял, были… ну, скажем, сомнения.

— Уж этот мне Куимпер, старый дурень! — Альфред заговорил быстро, пренебрежительно. — Зря вы слушаете его, инспектор. Второго такого паникера свет не видывал.

— Серьезно? А на меня он произвел впечатление здравомыслящего человека.

— То есть круглый болван. Отец же, в сущности, никакой не калека, с сердцем у него — ничего особенного, но Куимпера он морочит как миленького. Понятно, что когда отца в самом деле скрутило, он поднял страшнейший переполох, и Куимпер у него забегал как очумелый, замучил всех расспросами, во все вникал — да что отец съел, да что выпил… сущий балаган!

Все это сказано было с необычайной запальчивостью.

Краддок отвечал довольно продолжительным молчанием, и это возымело действие. Альфред заерзал, метнул на него быстрый взгляд и наконец спросил желчно:

— Ну, так в чем дело? Для чего вам знать, где я был в такую-то пятницу недели три или четыре назад?

— А, значит, помните, что это была пятница?

— Но вы же сами, по-моему, сказали.

— Да? Возможно, — сказал инспектор Краддок. — Во всяком случае, день, о котором я спрашиваю — пятница, двадцатое.

— Зачем вам?

— Обычная формальность в ходе расследования.

— Вздор. Вы что, еще что-нибудь выяснили насчет этой женщины? Насчет того, откуда она взялась?

— Пока мы не владеем полной информацией.

Альфред бросил на него зоркий взгляд.

— Надеюсь, вы не дали Эмме ввести себя в заблуждение этой дикой теорией, что будто бы убитая — вдова моего брата Эдмунда. Это полная чушь.

— К вам эта самая Мартина не пробовала обращаться?

— Ко мне? Еще чего! Не смешите меня!

— Думаете, ей было бы более естественно обратиться к вашему брату Гарольду?

— Гораздо! Его имя то и дело мелькает в газетах. Живет в достатке. Неудивительно, если бы у такого задумали поживиться. Другое дело, что ничего бы из этого не вышло. Гарольд по скупости не уступит отцу. Кто у нас добренький в семействе, так это Эмма, и, что тоже немаловажно, она была у Эдмунда любимой сестрой. Но при всем том Эмма вовсе не из легковерных. Она вполне отдавала себе отчет, что это дама может оказаться мошенницей. Заранее предусмотрела, чтобы на встрече присутствовала вся семья — да плюс еще холодный, жесткий адвокат.

— Весьма разумно, — сказал Краддок. — И встреча была назначена на определенное число?

— Она должна была состояться сразу после Рождества. В конце недели, начиная с двадцать седьмого… — Он осекся.

— Ага, — сказал Краддок приветливо, — я вижу, некоторые даты не лишены для вас значения.

— Я же сказал, точный день назначен не был.