Всё, что нужно для счастья

Давай так: как только вы вернётесь, я научу тебя пользоваться камерой? Пойдём в парк...

- Вместе. Наберём сладкой ваты и будем снимать всё подряд. А пока тётю слушайся, - Максим неловко касается волос на её макушке и немного хмурится, когда девчонка утирает свой нос его же футболкой. - И, главное, первой не пробуй её стряпню. Если куриный суп тётя Вася освоила, это ещё не значит, что уже можно терять бдительность.

- Гад, - шиплю беззлобно и, чмокнув терьера, вновь занимаю место рядом с Соней.

Даже не верится, что одни остаёмся... Пусть мне уже не так страшно, как в день нашего с ней знакомства, но ответственность, возложенная на мои плечи, сегодня ощущается особенно остро. Стоит подумать, что через минуту он сядет за руль и умчится восвояси, даже на тридцатиградусной жаре, хочется натянуть на плечи свитер. Желательно, из натуральной шерсти, потому что пальцы у меня ледяные.

- Справишься? - Некрасов смотрит прямо на меня, а мне от его вопроса ещё страшнее... Вдруг нет? Суп, после которого мы не просто выжили, но и остались вполне довольными, конечно, хорошо, но это лишь капля в океане... В огромном, глубоком океане, в котором я преспокойненько пойду ко дну, немного побарахтавшись на поверхности... Нет уж! Рано отчаиваться, верно?

- А если скажу нет, останешься? - интересуюсь прежде, чем успеваю подумать, и тут же закусываю губу. Знаю же, что не сможет: на кону его репутация, зарабатываемая годами, и рушить карьеру только лишь потому, что я сдрейфила, Некрасов точно не станет. Да он скорее Соньку с собой заберёт, чем поставит на карту собственное будущее!

Насмешливо выгибаю бровь, морально готовая к его ответу, а стоит мужчине заговорить, вся моё напускное веселье летит к чертям:

- А ты скажи и узнаёшь.

Ещё и улыбается! Вертит в руках брелок, не отводя взора от моих удивлённых глаз, и ждёт. Только чего ждёт, непонятно. Не думает же он, что я и впрямь начну умолять его нас не бросать?

- Пожалуй, неделя, не такой большой срок. И мы неплохо ладим, да, Сонь? - первой заканчиваю играть в гляделки и, притянув к себе ребёнка, машу рукой на сверкающий внедорожник. - Катись уже, я её не съем.

Племянница, всё-таки. А ради родни можно и попотеть.

- Пса береги, - бросаю напоследок, когда Некрасов открывает водительскую дверь, и тоскливо вздыхаю, проводив взглядом, хвостатого путешественника. Хоть бы обернулся на прощанье, я же хозяйка. Так нет же, запрыгнул на сиденье, плюхнулся на брюхо, вытянув лапы, и преспокойненько задремал. Может, всё дело в имени? Оно же у него предательское...

- А если тигры опять в Африку убегут, и тебе придётся лететь их спасать, оставь Макса с моим котом. Их добрая тётенька будет кормить, - встревает малышка, по-взрослому задирая нос, и берет меня за руку, заставляя опомниться и перестать пялиться на терьера.