Всё, что нужно для счастья

Странно. Он же для того и работает фотографом: чтобы пялиться на полуголых девок пока кровь из глаз не пойдёт. А в его случае это значит, что любоваться ими он может целую вечность, не меньше!

- Ну да. Там, конечно, свои нюансы, но я справлюсь. Если этого будет достаточно, чтобы ты перестала приписывать мне несуществующие романы.

Отлично. Начали за здравие, а закончили за упокой!

- Да мне без разницы. Снимай хоть чёрта лысого, лишь бы на моей собаке это никак не отразилось.

Ведь и впрямь - наш поезд давно уехал. Пару раз подал предупреждающий гудок, а когда понял, что мы так и продолжим топтаться на перроне, умчался в голубую даль. Без пассажиров, порожняком.

- Значит, решено, - я тянусь за тарелкой, а бывший супруг уже стоит рядом, с видом знатока наблюдая за моими манипуляциями. - С моделями покончено.

Глухой, что ли? Кончать с ними нужно было раньше, а сейчас это то же самое, что выбирать новые туфли после ампутации обеих ног - душу греют, а толку ноль. Возвожу глаза к потолку, только сейчас замечая жёлтые разводы на побелке, и, отпихнув плечом своего соседа, вооружаюсь прихватками:

- Отойди, пока не ошпарила.

У меня цыплёнок готов, и хочется верить, на этот раз суп выйдет съедобным.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Сонька с самого утра будто воды в рот набрала. Уселась у окна, взгромоздившись на шатающийся стул, и, подперев кулачками щёки, минут двадцать любовалась вознёй ребятни на детской площадке. Грустила. А стоило нам всем выбраться на улицу, и вовсе громко шмыгнула носом:

- Ты опять вокруг Земли полетишь? - испуганно округлив глаза, она хватает Максима за край футболки и, затаив дыхание, ждёт вердикта.

Хороши взрослые, ничего не скажешь. То появляются, то исчезают, ошибочно полагая, что пара новых игрушек сможет облегчить её грусть. Вот и новоиспечённый папаша ошибся: плюшевого медведя вручил, а слёзы всё равно бегут из доверчивых глаз.

- Сонь, мне на работу нужно. Это ведь ненадолго и через неделю ты сама ко мне приедешь.

Правильнее говорить к тёте Васе. Он ведь не думает, что Вера прямо сейчас соберёт Сонькины пожитки и бросит её на его пороге, чтобы в одиночестве доживать свой век? Дудки!

Опускаюсь на корточки, решив не мешать им прощаться, и почёсываю пса за ухом. У меня вроде как тоже горе - я с единственным верным мне кобелём прощаюсь. Он, может, и купился на Некрасовское обаяние, а вот на женщин других ни разу не взглянул. А это ли не признак мужского постоянства? За такое и обнять его можно, и плевать, что всё брюхо в песке. Это и делаю, пока в двух шагах от меня моя племянница крепко жмётся к отцу:

- Конечно...