Всего лишь измена

— А у меня для тебя есть вкусняшка, — с улыбкой сестра достаёт из карманчика сумочки ручку, — Между прочим, винтаж! Это чернильная, ей лет двадцать уже.

— Так, где ж я чернила возьму? — цедит Костик.

Аська, поняв упущение, хмыкает:

— Я тебе в следующий раз принесу.

— Между прочим, подарки преподавателю — это, не что иное, как взятка, — сложив на груди руки, произносит «профессор».

— Ну, значит, обойдёшься! — находится Аська.

— Эй, эй, подожди! Я ж шучу! — хватает он ручку в момент, когда Аська уже вознамерилась спрятать её, — Но учти, что это на оценку никак не повлияет. Учила?

— Конечно! Зубрила полночи, — кивает сестра.

Костик ныряет обратно в «научное царство», бурча что-то, вроде:

— Надо не заучивать, а понимать.

А я напоследок желаю ей:

— Ни пуха тебе, ни пера!

И Аська в ответ посылает меня к тому самому чёрту, куда хоть раз в жизни ходили мы все.

После сдачи экзамена, следует ужин. А после ужина, проводив и расставив тарелки, не спеша размышляю о том, как в одной и той же семье, у одних и тех же родителей, могут родиться совсем непохожие дети. Нет! Кстати, внешне Ася с Костиком очень похожи. А вот внутренне — два антипода! Забавно же, да?

Хотя, вот взять Майку с Антоном. У них целых восемь лет разницы. Одна по натуре — филолог, другой — прирождённый технарь. Но… Разве можно их сравнивать также? Есть одно основное различие! Это разные гены от разных отцов…

Я отправляюсь в постель, как всегда, чуть пораньше. Наказав сыну выключить комп и лечь спать. Костя приходит с большим опозданием.

— Рыжик, ты спишь? — заползает ко мне.

В тусклом свете торшера всё кажется спящим. И я в том числе!

Он, услышав мой вздох, жмётся жилистым телом.

— Кось, подожди, у меня аппликатор, — я с трудом отрываю затылок от коврика с иглами.

Костик, поднявшись на локте, вздыхает:

— Опять голова?

— Ага, — отвечаю, сложив аппликатор на тумбочку.

— Давай помассирую? — тянется он. И я благодарно вручаю себя в его нежные руки.

Голова — моё слабое место. Точнее, шея, которая вечно болит! И от долгих сидений совсем не становится лучше. Пару раз в год я хожу на массаж. Пятнадцать минут перед сном посвящаю гимнастике. А игольчатый коврик — подарок от Аси! В тот период она увлеклась одним йогом, и вовсю изучала восточные практики, позы и прочую хрень.

— Хорошоооо, — Костины руки творят чудеса. Лучше всякого коврика!

Я приникаю к нему и рукой нахожу «аварийный рычаг».

— Теперь моя очередь делать массаж, — улыбаюсь шутливо. И чувствую, как он готов.

Наши порывы любви стали не так откровенны. Всё же время даёт о себе знать! Помню, раньше могли наслаждаться друг другом часами. Жертвуя ужином, сном и делами в угоду иным, куда более важным потребностям. Но теперь мы настолько познали друг друга, что наши тела говорят лучше слов.