Все в его поцелуе

Черт! Он всегда знал, что сказать, на какую именно нажать кнопку, чтобы удержать Гарета.

– Сделать что? – Гарет остановился.

– Попросишь ее выйти за тебя замуж.

Гарет обернулся. Довольный собой, барон ухмылялся. У Гарета кровь застыла в жилах от вида этой ухмылки.

– Ты такой предсказуемый, – сказал барон, чуть склонив голову набок. Этот покровительственный и презрительный жест Гарет видел сотни – может быть, тысячи – раз, и всякий раз он заставлял его чувствовать себя маленьким мальчиком, которому так хочется заслужить одобрение отца.

Но ему никогда это не удавалось.

– Одно мое слово, – хихикнул барон. – Всего одно мое слово...

Гарет должен был помнить, что его слушают, поэтому он сказал:

– Понятия не имею, о чем ты говоришь.

Барон расхохотался, да так весело, что Гарет тут же замолчал.

– Да будет тебе. – Барон вытер выступившие на глаза слезы. – Ты говорил, что не сможешь ее завоевать, а посмотри, что ты сделал.

Сердце Гарета сжалось. О чем это говорит отец? Неужели он хотел, чтобы он женился на Гиацинте?

– Ты смело попросил ее руки. Сколько у тебя ушло времени, чтобы уговорить ее? День? Два? Уверен, что не больше недели.

– Мое предложение мисс Бриджертон не имеет к тебе никакого отношения.

– Полно, – презрительно процедил барон. – Все, что ты делаешь, это только из-за меня. Разве ты это до сих пор не понял?

Гарет в ужасе смотрел на барона. Неужели это правда?

– Что ж, пожалуй, пойду спать, – с притворным вздохом объявил барон. – Мы неплохо поговорили, не так ли?

Гарет не знал, что и думать.

– О! И до того как ты женишься на мисс Бриджертон, – бросил барон через плечо, ставя ногу на первую ступеньку лестницы, ведущей к парадному входу в дом, – ты, верно, захочешь уладить дело с другой своей помолвкой.

– Что?

– Разве ты не знал? Ты все еще помолвлен с бедной малышкой Мэри Уинтроп. Она так и не вышла замуж.

– Но это не может быть законным!

– Уверяю тебя, что все по закону. Я об этом позаботился.

Гарет стоял, опустив руки. Если бы отец достал с неба луну и ударил бы ею его по голове, он был бы не менее ошарашен.

– Увидимся на твоей свадьбе. Какой же я глупец! На какой свадьбе? – Барон поднялся еще на несколько ступеней. – Сообщи мне, когда ты со всем разберешься. – Довольный собой, барон махнул на прощание рукой и скрылся за дверью.

– Боже милостивый, – прошептал Гарет: еще никогда в жизни у него не было более подходящего момента, чтобы воззвать к Всевышнему.

Что же ему теперь делать? Нельзя одновременно делать предложение больше чем одной женщине. И поскольку он сам не делал предложения Мэри Уинтроп, это от его имени сделал за него барон и подписал необходимые документы. Гарет не имел представления о том, как это повлияет на их с Гиацинтой планы, но ничего хорошего ожидать не приходилось.

– О Боже...