Это всё ты

Направо будет кухня. У нас скважина, воду можно пить прямо из крана. В наличии электрический чайник. Заварка, кофе, сахар должны быть в шкафчике. Но смотри на сроки. Если проголодаешься, проверь заморозку. Обычно там хранятся полуфабрикаты, которые можно быстро приготовить в микроволновке. Почему ты смеешься?

Сама не поняла, когда это произошло. Но да, я смеюсь.

– Потому что ты напоминаешь какого-то деревенского риелтора. Прости!

– Хуясе деревня! Тут зашибись условия! – усмехается Ян, вгоняя меня в краску. – Лады. Риелтор так риелтор. На минималках. Въезжаешь? – как-то неожиданно он оказывается рядом. Кладет руки мне на талию и глухо выдыхает на ухо: – Только имей в виду, зай, сейчас идет охота на зайца.

– Я-я-ян, – протягиваю, слегка толкая его в грудь. – Я и так нервничаю!

Он перехватывает мои руки. Прекращает смеяться, только когда наклоняется, чтобы поцеловать костяшки одной кисти, а затем – второй.

Утонув в смущении, мое сердце прекращает работу. А кровь в это же время будто в разгул уходит. Приливает к самым чувствительным местам, наполняя их горячей пульсацией – губы, соски, низ живота, промежность.

Я натужно вздыхаю, смешивая этот высокий звук с самым настоящим стоном.

«Хочу целовать тебя, Ю… Прямо в губы… Весь твой рот…»

Но…

Едва Ян вскидывает голову и нацеливается на мой рот, я резко, вопреки бушующему внутри пламени, отворачиваюсь.

Он прочищает горло и, не снимая с меня взгляда, хрипит:

– Там в парке ты сказала: «Я тебя тоже…». Что тоже?

Слышать это не только стыдно, но и удивительно.

Неужели он не понял? Неужели неправильно поняла я?

– То, что ты написал… – бормочу задушенно, не смея поднять глаз.

– Скажи, – шепчет, едва слышно, но с выразительной потребностью, которая прошивает спазмами низ моего живота.

Да и вообще… После этого судорожного скручивания все мои внутренности, включая ожившее сердце, переворачивает.

Вскидываю взгляд. И между нами начинаются метания: глаза, губы, глаза, губы, глаза, губы…

В груди высвобождается острая жажда удовольствия, природа которого мне, вроде как, и ясна, и вместе с тем призрачна и таинственна.

«Хочу целовать тебя, Ю… Прямо в губы… Весь твой рот…»

Я тоже очень этого хочу. Это желание разрушает, одуряет, уничтожает.

Разве могут возникать подобные чувства из-за одного лишь желания целоваться? Получается, что могут. И осознание этого не просто шокирует. Оно порабощает.

– Подожди… – роняю и убегаю, чтобы взять из оставленной на столике сумки телефон.

Пишу Яну сообщение.

Юния Филатова: I❤️U.

Он читает.

И…

– Хах, – выдает, как всегда, насмешливо. И вместе с тем хрипло. – Это моя фишка, Ю. Ты же умеешь говорить прямо. ЕМУ говоришь…

Я разворачиваюсь и вылетаю из спальни.

Ян ловит за руку.