Это всё ты

Пару часов спустя таких переживаний чувствую себя истощенной.

Однако во время остановки, когда Нечаев покидает автобус и идет с другими парнями в расположенное на территории заправки кафе-маркет, облегчения я не испытываю. Особенно когда вижу, как на выходе к нему пристает всегда улыбчивая Кира. Реагируя на какие-то ее слова, Ян смеется, покачивая головой, и тоже что-то ей говорит.

– Тебе он нравится? – бормочет Валик, почти приклеиваясь к моему плечу щекой.

– Конечно… Нет… – выдыхаю задушенно и тут же всполошенно оглядываюсь. – Нет, – повторяю настойчивее. – У меня есть парень! Ты же в курсе.

Лицо Валика, как и, очевидно, мое, розовеет.

– В курсе… – подтверждая это, пожимает плечами. – Но… Ты меня, конечно, прости, Юня, но со стороны кажется, что любовь у тебя с другим.

– Глупости! – выпаливаю я."

"Перечислять аргументы не приходится – в салон возвращается народ. Малодушно этому радуюсь, потому как их у меня попросту нет.

– Это тебе.

Вскидывая взгляд, смотрю на протянутый Нечаевым коричнево-зеленый бумажный стакан с кофе, мой любимый батончик и чупа-чупс.

У-у-у… Какое яростное смущение меня охватывает! Умереть легче!

– Ты же знаешь, что я не возьму… Зачем покупаешь? – вопрошаю в бессилии, пока он наклоняется вперед и опускает стакан мне на колено.

И снова я себя чувствую так, словно мне ширнули горячий укол.

Бо-о-оже…

– Потому что хочу, чтобы ты перестала обижаться и взяла, – поясняет прямо и достаточно серьезно. И в глубине его синих глаз я улавливаю волнение. – Можем снова поторговаться. Что ты хочешь за то, чтобы принять мой подкат, Ю?

– Ты пересядешь от меня, – толкаю я на эмоциях, забывая о том, что в любом случае не должна у него ничего брать.

Ян поджимает губы, словно мое условие вызывало у него реальное огорчение.

– Ладно, – соглашаясь, кладет мне на юбку батончик и чупа-чупс. Прежде чем встать, вынуждает меня обхватить руками горячий стакан. Некоторое время держит свои ладони поверх моих. – Твоя взяла, Ю. Я ухожу, если ты так хочешь.

И едва он это говорит, за моей грудиной начинает что-то дрожать. Невольно оборачиваюсь, чтобы увидеть, как рядом с раскинувшимся на заднем сиденье Яном разваливается Кира.

– Ох… – вздыхаю убито.

Едва сдерживая слезы, выпрямляюсь. Таращусь на опустевшее место, часто моргая.

– Ты сама его прогнала, – протягивает с издевкой Самсонов, когда автобус вновь трогается.

– И правильно сделала, – поддерживает меня Валик.

Только мне от этого легче не становится.

Остаток пути я лишь тем и занимаюсь, что прислушиваюсь к разговорам в задней части автобуса. Страдаю каждый раз, когда Кира или Ян смеются. А еще она периодически визжит, будто он ее там щипает. Ну, или… Не имею понятия, что он с ней делает. Мне в любом случае больно.