Третий всадник мрака

Она представления не имела, что скажет Мошкину, и решила прибегнуть к экспромту. Первые два звонка не принесли ровным счетом никакого результата. Ирка решила, что никого нет дома, но после третьего, завершающего звонка близко от нее кто-то завозился. Ирка догадалась, что ее разглядывали в глазок довольно продолжительное время. И все это время думали: подавать голос или нет.

– Эй! – сказала она громко. – Ау! Есть тут кто?

– А кого вам надо? – мнительно спросили из-за двери.

– Мошкина.

– Какого именно Мошкина?

– А что, их много? – усомнилась Ирка.

– Ну, некоторое количество, – таинственно заверили ее. – Так какого вам?

– Евгения.

За дверью очень удивились.

– Евгешу?

– Евгешу, – подтверила Ирка, сдерживаясь, чтобы не рассмеяться.

В квартире надолго задумались.

– Евгеша не любит, когда его называют Женей.

– И?.. – поторопила Ирка.

– И когда Евгением тоже не любит… – сказали ей, словно сомневаясь, стоит ли это вообще озвучивать.

– А что он любит? – спросила Ирка.

– Что любит? – усомнился голос. – А да!.. Он любит жареную картошку!

– Договорились. Торжественно клянусь называть его исключительно Жентосиком и кормить только жареной картошкой! Так он дома или не дома? – нетерпеливо повторила Ирка.

– Хорошо, я сейчас открою. Но если за тобой кто-то прячется, пусть знает, что я не один. У меня в квартире серьезная собака, – предупредили ее."

"Щелкнул один замок, звякнул ключ в другом, и, наконец, отодвинулся засов. Ирка увидела высокого подростка примерно ее возраста. Довольно симпатичного, рассуждая объективно, хотя для парня быть красивее обезьяны – уже шаг в эволюции. Спина у него была очень прямая, а голову он, напротив, имел привычку наклонять вниз. В целом это придавало ему сходство с гвоздем, по которому неудачно тюкнули молотком.

Ирка разглядывала подростка с деятельным интересом. Она изо всех сил пыталась увидеть что-то роковое, но не могла. Обычный парень. С другой стороны, разве сама она выглядела не так же заурядно? Истинная сила скрыта глубоко и не бросается в глаза назойливо, как мышцы пляжного качка.

– Евгеша – это ты? – спросила она.

– Я? А, ну да, я… – пугливо подтвердил подросток. Он выглянул на площадку, точно там мог кто-то скрываться, и поспешно закрыл дверь на засов.

– Уф! Готово! – сказал он с облегчением.

– А где серьезная собака? – спросила Ирка, озираясь.

Юноша посмотрел на нее с легким недоумением. Потом понял.

– А-а… На кухне… – сказал он.

– А что она делает на кухне?

Евгеша Мошкин опустил глаза.

– Боится, – признался он.

– Кого? Меня? – удивилась Ирка.

– Вообще всех. Когда весишь меньше килограмма, всего приходится бояться.

– А почему ты говорил, что собака серьезная?

– Я так говорил? Н-ну… Я имел в виду, что она у нас вдумчивая! – вывернулся Евгеша.