Время золотое

Божок его хочет убить! Надо сообщить Градобоеву!

– Это ты его хочешь убить! Ты, ты! Он благородный, честный, страдалец за народное дело, мученик и святой! А вы с Чегодановым изверги и убийцы!

– Надо спасать Градобоева… Ты не уйдешь от меня… Та солнечная поляна, лазурь… Мы с тобой улетим…

Он обнял ее, но она с силой его отшвырнула:

Запрыгнула в машину. Фары ослепили его. Машина попятилась, развернулась и исчезла в проеме, брызнув рубином.

Бекетов стоял ошеломленный, и дождь наносил ему хлесткие пощечины.

Начальник охраны Божок видел, как Бекетов покинул штаб. На его толстом лице появилась довольная улыбка всеведения. Он пробрался сквозь скопище чиновников, депутатов, доверенных лиц. Его губы улыбались, а глаза презрительно скользили по шумному сборищу. В зрачках горели красные угольки нетерпения. В коридоре он достал мобильник и позвонил старому сослуживцу Семену Хуторянину, охраннику Градобоева.

– Здорово, Сема, еще не спишь?

– Здорово, Петя. Не до сна. Как там твой?

– На седьмом небе. А твой?

– Поможем. У меня к тебе просьба.

– К твоему штабу придет народ. Ну, разные там активисты, оппозиционеры. Плакаты, мегафоны: «Градобоев – наш президент!», «Бойкот фальшивым выборам!», «Чегоданов украл голоса!». И всякое разное. Ты им не мешай. Пусть колобродят. Попроси своего, чтобы вышел к ним на балкон, уважил народ. Сделаешь?

– Сделай, прошу тебя.

– Куда мне теперь податься, Петя? Ты бы вытащил меня из болота.

– Я тебя под Первомайской вытащил, и сейчас вытащу. Будешь работать со мной.

– Спасибо, Петя, ты друг. А что просишь, то сделаю.

Божок снова набрал номер и тихо приказал:

– Давай, выводи людей. Действуй по схеме «Б». «Куда, куда», – откуда мать родила. К штабу Градобоева, башка куриная.

Божок вернулся в шумный зал, где продолжали праздновать успех, уже без Чегоданова. Подошел к Немврозову, который рассказывал забавную историю олимпийской чемпионке по гимнастике.

– Можно вас на минутку, Михаил, – отозвал он Немврозова. – Вы исключительный талант. Как говорится, звезда нашей тележурналистики.

Немврозов польщенно поклонился, не ожидая услышать столь высокую похвалу от всемогущего человека:

– Я делал что мог. Мои заслуги весьма скромны. Мною руководил Андрей Алексеевич Бекетов. Он мой куратор. Он настоящий гений. Я думаю теперь, когда Федор Федорович возвращается в Кремль, Бекетову уготована новая, ведущая роль.

– Не думайте об этом, Михаил. Бекетов ушел из политики. Он будет не у дел. Он не оправдал ожиданий.

– Что вы говорите? – изумился Немврозов. – В чем его прокол?

– Он не оправдал ожиданий. Теперь вашим куратором буду я. Мы станем встречаться и разрабатывать некоторые операции, которые потребуются в новый политический период.

– Конечно, конечно, – с готовностью ответил Немврозов.