Время стрелять

Я, когда слушаю, как тут на стройке сваи в грунт загоняют, ну вот на этой, которую никак кончить не могут, — Сидеромов указал на долгострой, понуро маячивший в больничном дворе, словно затонувший корабль, — я в этих ударах нахожу какое-то подобие музыки, такой, в основном, тяжелой, рока, металла, но это только как вступление, а потом чайки закричат, позже еще воронье закаркает, — ну это точно уже какая-то композиция пошла!

— А чего, наверное, композиторы, особенно западные, всех этих шумов в свое время наслушались, а потом их и приспособили. Я это вполне допускаю, — несколько раз нервозно моргнул Уздечкин. — О, дядя Федя-съел-медведя! А с ним и Павлуха! Здорово, жертвы сексуальных меньшинств!

— Я тебе сейчас дам меньшинств! — с наигранной угрозой потряс прозрачным кулаком Мирон Евтихиевич. — Здорово, орлы! Или вы орлята?

— Ладно тебе брехать, дед Мирон, ты нам лучше что-нибудь продекламируй из русской классики! — Еремей пожал больным руки. — Только без матерщины и содомии, а то Гера за тобой все записывает, потом его еще за порнуху привлекут.

— А разве теперь привлекают? — осведомился Морошкин, приветствуя Сидеромова. — Мужики, курить будете?

— Да нет, мы только что отравились, — скрестил перед собой руки Геродот. — Теперь ваша очередь! Ну что, Мирон Евтихиич, побалуешь молодежь?

Старик затянулся и, выпуская дым, начал читать, сопровождая каждую строфу фиолетовыми клубами дыма:

— Да ты у нас, дядя Мирон, просто классик! — Уздечкин азартно зааплодировал подбоченившемуся старику. — Тебя бы на большую сцену с такими номерами, народ бы в зале просто лег!

— Или обосрался? — поддержал друга Сидеромов. — Ну чего, Ерема, пошли, а то там мало ли что без нас приключится.

— И то правда, мужики, нам пора! — Еремей распахнул дверь черного хода. — Бывайте, на этаже встретимся!

— Да я уже тоже пойду, мне надо на похороны, — спохватился Павел. — Я вам потом все расскажу!

— Дамы и господа, заходите, все в порядке: была маленькая техническая заминка, — вышел из морга, щурясь от яркого весеннего солнца, Весовой. — Нам в третий зал, это сразу налево. Только, пожалуйста, не обращайте внимания на стены — в данном вопросе у нас пока остается некоторая неясность!

К этому времени к близким Раисы Власовны добавилось еще несколько человек, которые в замешательстве поглядывали на здание морга, а от хирургического отделения приближался, прижав руку к животу, Павел. Отец Серафим находился здесь же, поскольку был приглашен для отпевания покойной.

По приглашению Станислава все стали заходить в морг и отпускать реплики по поводу возникших здесь фресок.

— Может быть, это какая-нибудь новая мода? — предположила Морошкина.

— Как на пирамидах, что ли? — возмущенно замотала головой Зинаида.