Золотое время

Ясно было одно: кто-то инвертировал Компенсатор, прежде чем похитить его, или же его исчезновение привело к автоматическому инвертированию. В общем, мы инвертировались — уж в чем в чем, а в этом я разбираюсь. Серая пелена Пучины как будто проникла в мой мозг, и мне почудилось, будто я разглядела то, суть чего пытались растолковать мне: что Место — якобы узел пересечения энергетических линий. Короче, я рассмотрела то, что грамотеи называют Великой Монадой.

Я сказала себе: «Грета, если мы и впрямь инвертировались, то я не в восторге. В том, чтобы знать, что ты оторвалась от космоса, приятного куда как мало». Я дошла до того, что начала завидовать людям, которые оказывались в одиночестве на плоту посреди Тихого океана или на борту звездолета, затерянные в пространстве.

Зачем Скорпионам понадобилось устанавливать на Компенсаторы инверторы, если нам разрешается пользоваться ими лишь в крайнем случае, когда выбор — либо инвертироваться, либо сдаться Скарабеям? Раньше я как-то над этим не задумывалась, а ведь ответ лежит на поверхности.

Инвертирование — то же бегство. И там, и там ты стремишься сохранить свои секреты в тайне от врага. Оно забрасывает Место туда, откуда его не вытащить даже верховному командованию Скорпионов, топит его в Пучине.

И если это именно так, то возможностей вернуться обратно у нас столько же, сколько у меня — превратиться в девчушку, что бегала когда-то по песчаным дюнам.

Я придвинулась поближе к Сиду, обняла его за плечо, потерлась щекой о серый бархат камзола и проговорила:

— Долог путь до Линн-Регис, а, Сидди?

— Лапушка, ты изрекла истину, — отозвался он, намеренно перейдя на велеречивый язык своей эпохи. Эх, старина, старина…

— Сидди, — спросила я, — зачем тебе позолота на камзоле?

— Кто ж ее знает, милая, так оно принято, да и красиво.

— Ну да, чтобы девушки царапались, — фыркнула я. — Не бросай его в очиститель, Сидди, подожди, пока мы выберемся.

— С чего ты взяла, будто я собираюсь его чистить? — непритворно удивился он. — Мы, путешественники во времени, зачастую не замечаем, какой от нас исходит запах.

Потом Сид помрачнел и кинул на меня испытующий взгляд.

— Как бы нам не заплутать, когда будем выбираться.

— Да уж, — согласилась я, гадая, почему он так на меня смотрит. Навряд ли я привлекаю его как женщина, хотя, пока шли поиски, он все время держался рядом со мной. Мне вспомнилось, что лишь мы двое не ответили на вопрос Брюса. Быть может, мужское самолюбие Сида было задето таким сопоставлением? Я-то, признаться, была благодарна Компенсатору за то, что он столь своевременно пропал.

Посовещавшись, мы решили, что Компенсатор похитили Красотки. Все говорило против них.