Отзвуки времени

 — Так вы принимаете моё предложение насчёт поездки?

Рите представила, что если сейчас развернёт велосипед, то придётся пару километров по жаре пилить обратно в посёлок к магазину, а потом снова в обратный путь. Хотя с другой стороны, ей меньше всего хотелось разговаривать с посторонними. Но предложение показалось заманчивым.

Она подумала, что грех отказывать человеку в возможности сделать доброе дело, и, усаживаясь в машину, сказала:

— Согласилась только потому, что не хочу оставлять детей одних.

Про детей упомянула специально, чтобы отсечь у попутчика желание к продолжению знакомства.

Но к чести сказать, он не дрогнул:

— Дети — это прекрасно. Завидую. У меня, к сожалению, нет детей. — Он искоса взглянул на её профиль с чуть курносым носом, усыпанным мелкими веснушками.

Она наклонила голову:

— Какие ваши годы. Ещё не вечер.

* * *В посёлок Никита рванул после длительной ругани по телефону. Вместо бруса, который он заказал для строительства, ему привезли несколько кубометров горбыля, годного разве что на растопку.

— Бывает, дело житейское, мало ли, перепутали. Со всеми случается. Вы не волнуйтесь, мужчина, завтра доставим ваш груз в лучшем виде, — коверкая букву «л», тараторила кладовщица.

— Какое завтра?! — яростно прорычал он в ответ, готовый в пух и в прах разнести всю их гнилую контору. — Какое завтра? У меня бригада простаивает! Вы им платить будете?

Привыкший, что в городе заказанное привозят по первому требованию, Никита не мог и подумать, что будет такая длительная эпопея с покупкой стройматериалов непосредственно в леспромхозе."

"Сначала пришлось посетить отдел сбыта, затем подписать заявку в бухгалтерии, и только потом главный инженер лично разрешил сделать отгрузку. Причём каждого из фигурантов дела требовалось подловить на рабочем месте, потому что нормой рабочего дня являлась закрытая на замок дверь кабинета. И когда все круги были благополучно пробеганы, бац, и шофёр сваливает во двор груду гнилья.

Время поджимало. Скоро должны завезти питомцев, а у него, образно говоря, ещё конь не валялся. Никита урывками ел, урывками спал, и засучив рукава вкалывал наравне с наёмными работниками и понимал, что впервые за прошедшие годы встречает утро с ощущением радости. Где-то через месяц сельской жизни он обнаружил, что джинсы стали сваливаться. Не веря глазам, Никита затянул ремень на последнюю дырочку и почувствовал своё тело молодям и сильным, как в двадцать лет.

В нотариате у него намечалось брюшко — такое противное, рыхлое, выпукло нависающее через рубашку. Фитнес-зал, стрельба из лука и бассейн не помогали, да он с тренировками особо и не усердствовал — жизнь и без того проходила в сплошной суете, некогда за окно выглянуть.