Отзвуки времени

С выражением страдания Фриц Иванович потащился к калитке с твёрдым намерением раз и навсегда отвадить активную бабушку от визитов в его владения. Но за калиткой стояли Рома с Галей.

— Фриц Иванович, мама сказала, что борщ на столе и чтобы мы без вас не возвращались.

Он не успел опомниться, как дети взяли его за руки и потянули в сторону своего дома.

— Мама говорит, что работников надо кормить, — заявил Рома.

— Никогда не думал, что на старости лет запишусь в работники, — с напускным недовольством пробурчал Фриц Иванович, безуспешно пытаясь спрятать довольные нотки в голосе.

Поздно вечером, укладываясь спать, Фриц Иванович подумал, что иногда можно сделать человека счастливым, всего-навсего предложив ему тарелку борща с молодой крапивой и сказав пару добрых слов.

* * *Ночью Рита проснулась от быстрой череды дробных ударов. Сначала она уловила их сквозь сон, лениво размышляя, откуда здесь взяться дятлу, но когда удары стали настойчивее, села и прислушалась. Ходики на ночь были остановлены, так что источник шума находился снаружи.

Стучали со стороны озера. Нашарив мобильник на тумбочке у кровати, она взглянула на часы. Три ночи. Бледная луна уже уходила с небосвода, уступая место лазоревой полосе рассвета. Рита зевнула. Вечером, когда дети заснули, к ней приходил Гриша, и они долго болтали на крыльце о всякой всячине. Из беспорядочного общения с соседом Рита вынесла твёрдую уверенность, что родители не должны подавлять волю своих детей, иначе они вырастают неуверенными в себе истериками.

Гриша откровенно побаивался своей матери и при упоминании её в разговоре непроизвольно изменял тембр голоса.

— Понимаешь, мама любит меня больше всех на свете, — путано объяснял он быстрым полушёпотом, — и никак не может смириться, что я уже взрослый. Представь, до десяти лет она водила меня за руку, а потом, уже в старших классах, чтобы погулять с девушкой, мне приходилось врать с три короба, что я иду на факультатив по математике или курсы английского. Мама выбирала для меня друзей, определяла, куда поступать после школы, — он поёрзал на крыльце, и Рита угадала, что он смущается, — а теперь я знаю, что она подыскивает для меня невесту! Ну не глупость ли?

— Конечно, глупость, — ответила Рита, но тут же подумала, что была бы совсем не прочь лично выбрать Роме и Гале спутников жизни. Дети — они такие наивные, такие доверчивые! И кто, как не мама, лучше всех знает, что нужно её детям! Хотя… — Она вспомнила Виктора и понурилась. Один раз она уже выбрала. Виктор был необыкновенным — красивым, лёгким, с сияющими глазами и крепкими руками.

В тот день, когда он сделал ей предложение, лил дождь. Они шли, держа вдвоём раскрытый зонт, и Виктор шутил, что теперь им не страшен любой ураган.