Колесо Времени. Книги 1-14

– Тоже порождение Темного, вроде Мурдраала? Встречались мне в Запустении твари, которых можно назвать убийцами-призраками, но… Больше они ничего не видели?

– Они не подходили к нему близко. Это не Исчезающий. Говорил же я. Исчезающего они убьют куда быстрее, чем троллоков, даже если при этом потеряют полстаи. Ингтар, видевшие это волки передали другим, потом еще раз другим, пока сообщение достигло меня. Я могу лишь пересказать тебе, что они передали, и после стольких пересказов…

Перрин умолк. К нему и к Ингтару подъехал Уно.

– В скалах айилец, – тихо промолвил одноглазый.

– Так далеко от Пустыни? – недоверчиво сказал Ингтар. Уно каким-то образом умудрился, не изменяя выражения лица, выглядеть оскорбленным, и Ингтар добавил: – Нет, я не сомневаюсь в твоих словах. Я просто удивлен."

"– Этот треклятый захотел, чтоб его увидели, иначе навряд ли бы я его заметил. – Уно явно было неприятно подобное допущение. – И его проклятое лицо не под повязкой, этой их вуалью, – значит, не убивать он вышел. Но раз увидел одного проклятого айильца, то можно быть уверенным – найдется куда больше, которых не видно. – Вдруг глаз у него широко раскрылся: – Чтоб мне сгореть! Дело обстоит так, будто он, проклятый, сам очень хочет, чтоб его увидели! – Уно указал вперед: из-за скалы шагнул мужчина.

Масима тут же уронил пику наперевес и вонзил шпоры в бока коню, который в три шага перешел на галоп. И не один Масима; четыре стальных острия неслись на пешего.

– Стоять! – гаркнул Ингтар. – Стоять, я сказал! Отрежу уши каждому, кто не остановится!

Масима со злобой, чуть не оборвав поводья, осадил лошадь. Другие, окутавшись облаком пыли, тоже остановились. не далее десяти шагов от айильца, их пики по– прежнему смотрели ему в грудь. Тот поднял руку, разгоняя пыль, подплывшую к нему; это было его первое движение.

Он был высок. Кожа его потемнела от солнца, а рыжие волосы коротко подрезаны, кроме свисавшего до плеч хвоста на затылке. Его одежда – от мягких сапог на шнуровке по колени и до полосы ткани, свободно обернутой вокруг шеи, – была коричневых и серых тонов, которые сливались бы с землей или скалами. Над плечом выглядывал кончик короткого рогового лука, а колчан сбоку на поясе щетинился стрелами. На другом боку висел длинный нож. В левой руке незнакомец сжимал небольшой круглый щит из шкур и три коротких копья, в длину не больше половины его роста, но наконечники у них не уступали по длине наконечникам пик шайнарцев.

– Со мной нет дудочников, которые сыграли бы мелодию, – заявил с улыбкой мужчина, – но если вы желаете танца… – Он не двинулся с места, стойка осталась прежней, но Перрин уловил в нем мгновенную готовность ко всему. – Меня зовут Уриен, из септа Два Копья, из Рийнских Айил. Я – Красный Щит. Запомните это имя.