Вредность - не порок

— Я бы на твоем месте на это не сильно рассчитывал, — хмыкнул Алекс.

Мне бы его спокойствие! Хотя бы видимое.

Несколько секунд спустя из одного из ходов вынырнула знакомая троица: главарь и два шкафоподобных наемника, на фоне которых тот смотрелся субтильным подростком. Остальных собратьев по разуму (подозреваю, что этот самый разум у них один на всех) он где-то потерял. Наверное, закованный властелин не внушал мерзавцу благоговейного ужаса. Интересно, этот тип знает, что Алекс не только маг (вернее, бывший маг), но и властелин или об этом его проинформировать забыли?

Паника схлынула так же быстро, как и пришла, сменившись легкой досадой. Роль приманки, отведенную мне, я уже сыграла, стало быть, больше им не нужна. И вряд ли меня отпустят с миром. А погибнуть от рук каких-то паршивых наемников при всем многообразии вариантов мне почему-то не улыбалось. Ну что за невезение-то!

— О, очухалась девка, — недоверчиво протянул один из наемников из-за спины главаря. — А я-то думал, вы ее того, пришибли.

Я брезгливо оглядела всю эту гоп-компанию и гордо вздернула подбородок. Ага, думал он! Вот бы узнать, чем.

— Ей же хуже, — равнодушно бросил главарь, направляясь ко мне.

Это прозвучало многообещающе, у меня холодок по спине пробежал. Хм… если подумать, смерть может оказаться далеко не самым худшим вариантом.

Он окинул меня оценивающим взглядом, словно бы на что-то решаясь. Ох не нравится мне это…

— Эльф сказал не трогать девку, — напомнил главному один из ошивающихся за его спиной лбов. — Она ему самому зачем-то нужна.

— Думаю, просто живой ему будет вполне достаточно.

— А мне — нет, — мгновенно среагировал Алекс. — Тронешь ее — убью!

Что бы я без тебя делала? Да разве ж они послушают! Главарь, гадостно улыбаясь, медленно коснулся моей щеки, насмешливо скосил глаз на властелина, и его рука не спеша поползла вниз, к вырезу платья. А глазенки у его прихвостней стали масленые — думают, и им чего обломится. Шиш!

— Попробуй, — нагло предложил бандюга. Чувствует свою власть, мерзавец!

Оставалось только порадоваться, что платье тетушка выдала довольно закрытое — тугой ворот начинался у основания шеи и был застегнут на все пуговки. И то хлеб. Я бросила через плечо главного гада взгляд на Алекса, вздрогнула — лицо властелина исказила такая гримаса ненависти и ярости, что даже я испугалась, — и зареклась смотреть в его сторону. Зачем зря мучить и себя, и его…

Я опустила глаза и сжала губы в упрямую нитку.

А руки у него мерзкие. Холодные, потные, липкие… Фе-э! Вот извращенец… а у меня желудок, между прочим, слабый, так и до конфуза недалеко…

Убью. Желание, такое острое и холодное, мигом затолкало подальше поднявшую было голову панику. И плевать, что я не могу колдовать.