Вредность - не порок

Старая мебель разной степени поломанности, пара пыльных гобеленов, треснутое зеркало, несколько сундуков со старой одеждой, пыльные книги, сваленные в кучу прямо на полу, набор довольно неплохих мечей и пяток вполне приличных картин, из которых меня привлекла одна.

Портрет стоял ровно посредине подвала. Это его я нащупала в темноте. Чья-то заботливая рука прислонила его к старому массивному креслу, чтобы не упал. Толстый слой пыли мешал толком разглядеть, что там изображено, но странное чувство, будто я встретилась с давним знакомым после многих лет разлуки, заставило действовать. Я выудила из сундука чье-то старое платье и принялась протирать им картину. Когда облако поднятой пыли наконец осело, а я вволю отчихалась, внимание снова обратилось к холсту.

Там царствовала ночь. Единственным светлым пятном был краешек луны, еще не успевший скрыться за мохнатыми ночными облаками. Да еще белоснежная кожа девушки, глядевшей на меня с портрета нарисованными глазами. Незнакомка сидела на большом камне, на ее коленях лежал изящный черный меч с фиолетовыми рунами по острию, а на плече гордо восседал крупный черный ворон. Она была идеально красива какой-то холодной, даже немного мрачной красотой. Фиалковые глаза, копна длинных черных волос, которые слегка развевал легкий ветерок, длинное черное платье, облегающее тонкий стан и чуть трепещущее на ветру… Похоже, этим платьем я только что вытирала пыль с портрета…

Глаза меня заворожили, ненадолго лишив способности двигаться. Я стояла, бессмысленно глядя в них, пытаясь сконцентрироваться на чем-то очень важном, постоянно ускользающем от понимания. Казалось, это тянулось целую вечность.

Вернули меня в реальность негромкие «аплодисменты».

— Та-ак! — На верхней ступеньке лестницы стоял Даник, хлопая в ладоши и гадостно ухмыляясь. — Похоже, воссоединение семейства состоялось. Тебя поздравить?

— Себя поздравь, — прошипела я. Что же за день такой, в третий раз сбежать не удается!

— Считай, что уже. Так чем, говоришь, ты здесь занималась? — поинтересовался он, спускаясь.

— Приобщалась к прекрасному.

— А может, строила планы, как бы слинять по-тихому?

— Может. — Отпираться было глупо.

— Хочешь, помогу? — неожиданно предложил он.

— Сама как-нибудь справлюсь. Ты, главное, не мешай.

— Ну-ну, — фыркнул он. — Только не забудь, что время-то идет. Матушка уже пошла тебя будить, так что скоро она обнаружит пропажу любимой племянницы и поднимет на уши весь дом. Удачи. — Даник развернулся и направился к лестнице.

Сколько же я проторчала здесь?

— Неужто передумала? — изумился этот паршивец.

— А у меня есть выбор? — обреченно спросила я.

— Выбор есть всегда, — патетично заметил он и принялся за дело.