Верные враги

Больше некому. Дракон, несмотря на всю спесь, в темноте видит немногим лучше человека, к тому же так пыхтит и топает, что только себя и услышит. Да и Вирру будить не хочется. — Объясни хоть, как этот Круг выглядит?

— Пока не открыт — никак. Это просто место, где ткань между мирами наиболее тонка и подвержена разрывам. С помощью специальных обрядов ее можно «вспороть» и воспользоваться разницей магической энергии между той и этой сторонами. Увы, обычно в комплекте с ней идет нежить того мира, которая чует Круги и околачивается возле них в куда большем количестве, чем в иных его местах.

— То-то мне так Выселок глянулся, — скептически встряхнулась я. На самом-то деле я просто пробегала мимо города и заметила приколоченный на столбовом щите квиток «Требуется помощница знахаря, скромная аккуратная вдовушка без вредных привычек». Я минутку поразмышляла, так ли уж вредна привычка регулярно обрастать шерстью, но всё-таки решила рискнуть.

Верес поменял позу, поплотнее — без особого успеха — закутался в одеяло.

— Нежить нежити рознь. Я имею в виду более примитивную, вроде упырей и гарпий. И начинаю склоняться к мысли, что Круг в храме никто не открывал — он сам начал сочиться энергией, реагируя на появление нового.

— Но кто-то же пытался это замаскировать! Зачем?

— А зачем убрали амулеты, которые тоже могли просигнализировать об изменении магических потоков? — задал встречный вопрос колдун.

— Эльфы узнали об этом и без амулетов.

— Как давно? Ручаюсь, Ассариэль до последнего утаивал от Семерки эту информацию. Морри же разобиделся на опалу и практически отошел от дел, не посещая даже собрания Ковена. А Ясневый Град — закрытая магическая система, на которой внешние колебания почти не отражаются, так что заметить неладное, не покидая его пределов, трудно.

— Н-да, как некстати этот тип скончался, — в который раз пожалела я. — С ним бы мы куда продуктивнее побеседовали…

Я заметила, что ни Мрак, ни Рест не спят — у первого предательски алели щелочки полуприкрытых глаз, второй старательно затаивал дыхание. Дурачок, если не хочешь себя выдать — дыши как можно ровнее и громче. Тишина настораживает куда больше.

— А знаешь, что в этой истории самое странное? — совсем уж невнятно пробурчал Верес из одеяльного кокона. — Он умер еще до того, как ударился о косяк. Пожалуй, даже раньше, чем ты к нему прикоснулась.

— Сердце не выдержало? — хмыкнула я, припоминая, не оглядывался ли эльф, чтобы до смерти поразиться дивной картинке летящей на него тетки с горящими глазами, оскаленными клыками и волчьим рычанием. Вроде бы нет.

— Отнюдь. Оно как будто остановилось — просто так, без видимой причины.