Лучшие враги

В жизни не подумала бы, что пресветлый Парнас легко поддается на провокации!

Перемещаться из замка я не решилась, с магией перемещений у меня, прямо сказать, были кое-какие сложности, поэтому вышла на улицу. На свежем воздухе не побьешь дорогой фарфор, не сорвешь со стены картины, да и сами стены тоже не испортишь.

Погода стояла чудесная. Эбигейл с подружками загружались в коляску.

– Доброе утро, Энни! – зачирикали подружки. – Мы едем в город за лентами, шоколадом и булавками!

– Мы бы тебя подвезли, но места нет, – проговорила Эбигейл с непроницаемым миной.

– Не беспокойся, у меня портальный амулет, – мило улыбнулась я, продемонстрировав стеклянную сферу размером чуть больше пуговицы, заключенную в резной серебряный кулон. – Доброго пути, девушки!

Сжав подвеску в исходящем дымком кулаке, я эффектно растворилась в воздухе и, прежде чем перейти на другую сторону (к мэрии, а не на тот свет, хотя кто знает), успела заметить кислые лица подружек.

К счастью, на площадь перед зданием мэрии я переместилась без неприятных сюрпризов. От фигуры в разные стороны разлетелась волна возмущенного воздуха, поднявшего с брусчатки пыль. С бронзовой башки отца-основателя снесло голубей. В разные стороны брызнули прохожие, не ожидавшие явления миру чародейки.

Тут же вспомнилось, почему маги-портальщики обязательно носили трости или зонты – для равновесия, ведь удержать это самое равновесие и не упасть лицом в брусчатку стоило одного испорченного каблука. Он не сломался окончательно, но хрустнул и начал ощутимо шататься."

"Зайдя в здание мэрии, как будто невзначай я вошла в кладовку, быстренько разулась и починила каблук с помощью магии. Без сапожника, конечно, не обойтись, но на пару часов хватит.

– Совсем дед постарел, – ругалась сквозь зубы, кое-как натягивая туфлю обратно. – Ни одного приличного перемещения…

В приемную мэра я вошла без стука. Измученный Боуз с влажной повязкой на лбу сидел за столом. Перед ним стояли бутылочка с успокоительным эликсиром, стопочка и вазочка с леденцовой карамелью. Пыльная понурая мухоловка, до такой степени потерявшая вкус к жизни, что между листьями паук сплел паутину, была на месте. Счетовод с обломками швабры, к счастью, отсутствовал. Кабинет градоначальника прятала новая дубовая дверь, и только пара мазков краски на косяке намекали, что когда-то в помещении происходил магический беспредел.

– Госпожа чародейка! – сорвав со лба повязку, подскочил на стуле Боуз. – Почему так долго?

Я посмотрела на настенные часы. Они давно встали и показывали четвертый час дня.

– У вас часы остановились, еще одиннадцати нет.

– У нас тут не только часы остановились, а вся работа остановилась! – воскликнул он, вылезая из-за стола.