Мой кровный враг

И вообще – использовать проклятых тварей? Нет, вопреки древней поговорке, такой враг моего врага не мог быть мне другом. Потому что всему есть предел.

Когда мы вернемся в подвал замка, я покажу, как сделать его безопасным. Тем более что секрет, который знают двое, перестает быть секретом – и кто-то уже воспользовался им в своих целях.

Глава 10

Ричард

Роза не отвечала слишком долго, так что переспрашивать он не стал. Клятвы клятвами, воспоминания воспоминаниями, но он всегда будет тем, кто убил ее отца и кому нельзя доверять. Спасибо и на том, что все же не дала им с Евой шагнуть прямиком в ловушку.

Ричард не верил в предчувствия, предсказания, длань господню, что хранила его для каких-то там свершений, и прочую суеверную чушь, но привык доверять чутью. В этом не было никакого противоречия – пределы разума ограничены и не всегда его хватает на то, чтобы осознать увиденное краем глаза, услышанное на пределе чувств. Когда он шагнул в потайной ход, чутье прямо-таки вопило об опасности, хотя тот коридор, что вел из кабинета в лес, Ричард наскоро исследовал и не обнаружил ничего подозрительного, так что и тут потайной ход мог быть всего лишь потайным ходом. И все же напряжение не отпускало. Может, дело было в слишком спокойном лице Розы, или в том, как беспрекословно она согласилась все показать – совсем недавно, будучи одной ногой в могиле, покорилась не сразу, а тут вдруг…"

"Поэтому он двинулся вперед медленно и осторожно, прощупывая перед собой путь в поисках магических ловушек. Думать о том, что девчонка, которую он вытащил с того света, все-таки нашла способ ударить в спину, и он сам вложил ей в руки оружие, было невыносимо. Как и все люди, Ричард очень не любил, когда его обводили вокруг пальца. Но не думать об этом было нельзя, и он обернулся к Еве.

– Держись ярдах в трех от меня.

Она покачала головой.

– Может быть, я успею увидеть что-то, не заметное тебе.

– Акиль же мне голову оторвет, если с тобой что-то случится, – попытался воззвать он к здравомыслию Евы, заранее зная, что попытка обречена.

С самого начала вокруг него собрались люди, оказавшиеся достаточно безумными, чтобы всемером пойти против всего мира. Двоим эта затея стоила жизни: Бенджамин и Элинор остались под стенами столицы в той же общей могиле, где покоились братья Эйдо. Чумные не разбирали, какой род дал начало горячей плоти, привлекавшей их. Ричард видел деревни, сожранные до последнего человека, видел то, во что эти твари превращали женщин, и готов был платить любую цену, лишь бы их становилось меньше. Но – сам. Не заводя в ловушку друзей.

– А если что-то случится с тобой, Акиль оторвет голову мне, – не осталась в долгу Ева.

– Я не ребенок.

Тем более не годилось втягивать друзей в его личные проблемы.